Книга Должница, страница 42 – Наталья Шагаева

Дергает, грубо стягивая с меня халат. Поддаюсь, помогая снять. Остаюсь абсолютно голой. В самой уязвимой позе.

— Что ты творишь со мной, дрянь такая?! – хищник хрипит, хватая меня за бедра, упираясь твёрдым, горячим членом в лоно.

А я не знаю, что творю. Хороший, мать его, вопрос! Но ответов нет. Никогда не думала, что мне будут не нужны предварительные ласки. Наша прелюдия началась еще утром. Меня заводит его агрессия. Мне дико нравится чувствовать его силу и жёсткость, я задыхаюсь от предвкушения. Я влажная, словно голодная мартовская кошка. Меня буквально подбрасывает от касания его пальцев к лону. Низ живота сводит оттого, как он проводит пальцами по складкам.

— Так и знал, что тебя все это заводит. Сучка! – рычит. Заменяет пальцы членом. Кажется, до крови закусываю губы, когда Родион, вдавливается в меня. Толчок. Это больно, это слишком нещадяще, это очень глубоко и много. Для меня много. Он слишком большой, или я слишком маленькая. Вскрикиваю, закусывая подушку. Но Белову все равно, он не позволяет мне привыкнуть, прийти в себя от шока, он начинает двигаться.

— А-а-а-а! – издаю жалобный стон, пытаюсь подняться, но меня снова грубо, по-звериному вжимают в подушки.

— Терпи, Лиса! Разве ты не этого хотела?

Не могу ничего сказать, я только скулю, стискивая простыни. Потому что он выходит и опять вбивается в меня на всю длину, снова и снова вжимая пальцы в мои бедра. В какой-то момент жжение от растяжения и грубые сильные толчки начинают нести мне ненормальное удовольствие, и я уже сама поддаюсь бедрами им навстречу, продолжая также скулить, но уже от сумасшедшего экстаза.

Почти плачу, поскольку Белов замирает глубоко внутри меня, наклоняется, хватая меня за волосы и наматывая их мне на кулак. Ноги дрожат, голова кружится, в глазах темнеет – мне кажется, я на грани; стоит ему только начать двигаться, и я взорвусь. Я не фригидна, мое тело очень чувствительно, но чтобы так быстро подойти к точке невозврата… Ситуация пугает и одновременно приводит в восторг. Этот мужчина, как наркотик: если он в тебе, то кайф неизбежен, хочешь ты этого или нет.

— Давай, Лиса… – кусает меня в плечо. – Кончи так, – хрипит на ухо, тоже задыхаясь.

— Я не могуууу, – жалобно выстанываю я.

— Можешь, – усмехается мне ухо, касается губами мочки. – Давай, – делает плавный толчок. – Сожми меня, – его голос управляет моим телом. Сжимаю мышцы лона и чувствую сумасшедший прилив. Это настолько неожиданно… Всхлипываю. – Да, вот так. Давай еще, – его голос меняется на бархатный, почти нежный. Я, скорее, кончаю от его голоса, от давящего на меня тела, от жжения и от его размеров внутри меня. Ритмично сжимаюсь несколько раз и…

Это так остро, что даже больно.

— Да! – кусаю подушку и рассыпаюсь на осколки.

— Да, – триумфально усмехается мне в ухо Родион.

Никакой передышки. Он не позволяет мне прийти в себя. Резко переворачивает на спину, разводит ноги и снова грубо входит. Я уже настолько мокрая, что не чувствую дискомфорта. Мне нереально хорошо ощущать себя заполненной мужчиной.

Теперь Родион делает все медленно: обхватывает мои ноги и плавно двигается, невыносимо медленно. Мои ноги в его руках дрожат, меня выгибает, дыхание рвется, глаза закатываются сами собой. Экстаз усиливается, разливаясь горячими волнами. Не думала, что так бывает, что я способна настолько возбудиться второй раз, практически моментально, особенно с этим пауком.