Книга Музыка дождя, страница 111 – Елизавета Рождественская

— Даже сейчас, — Мария спрятала ладони в его куртке, тщетно пытаясь согреть. — Я даже сейчас не могу представить, как бы назвала наш квартет, понимаешь?

Рик кивнул, заправив ей за ухо растрёпанные волосы. Мария снова уткнулась в его шею, а он молча притянул её к себе. И в этом молчании было в сотню раз больше поддержки, чем во всех словах мира. Это молчание обнимало и давало свободу.

К горлу снова подкатила волна.

Мария сжала пальцами ткань мужской толстовки и громко разрыдалась.

Рик крепче прижал к себе Марию, покачиваясь из стороны в сторону. Он не пытался её успокоить. И дело было не в том, что, как и большинство мужчин, понятия не имел, что делать с женскими слезами. Просто увидел знакомую ему историю про боль от обиды, разочарования и предательства. И единственно верным решением было вытащить эту боль любым способом. Алкоголь, скорость, крушение мебели, ночные клубы и секс без обязательств — все известные ему методы никак не вязались с Марией. А вот слёзы… почему нет? Он не пробовал, но слышал, что девочкам заходит.

Мария затихла в его руках. Рик аккуратно провёл ладонью по её расслабившейся спине. Какое же всё-таки дерьмо, этот мир людей.

На короткий миг показалось, что жизнь налаживается. Утром он разговаривал с матерью. Несмотря на тепло последней встречи, Рик всё ещё напрягался каждый раз, когда на экране смартфона загоралось её имя.

— Сынок, — родное лицо заставило сердце привычно сжаться. — Как ты? Давно не звонил… снова.

— Привет! — он улыбнулся. — Прости, перед концертом дел навалилось. Я списывался с Роми, она говорила?

— Твоя сестра сейчас в Сан-Франциско по работе…

— Ясно, — Рик бросил беглый взгляд на часы, прикидывая, успевает ли он на репетицию. — Как ты?

— Рикардо… — родительница явно нервничала. — Я… я смогла развестись.

— Что? — он не сразу понял, о чём она говорит.

— Я развелась с твоим отцом. Официально. Он подписал бумаги.

Удивительно, но признание неприятно кольнуло тупой иглой под рёбра.

— Ого… — присвистнул Рик. — Поздравляю… А как же его политическая карьера?

— Я… нашла возможность. Искала столько лет и вот теперь свободна… — женский голос дрогнул. — Я хотела сказать… Ты можешь всё бросить, Рикардо! Он не будет чинить тебе препятствий. Просто бросай всё и приезжай во Францию. Этьен… он с радостью посодействует твоей музыкальной карьере!

Рик усмехнулся. Вот почему в последнее время отец никак не проявлял себя — пытался вывезти бунт строптивой жены. Круто, но этот разговор потерял актуальность примерно месяц назад, а может, больше.

— Не буду уточнять, кто такой Этьен, — ответил он. — Но нет, мама, спасибо.

Она опустила взгляд и закусила губу. Рик тихо выругался.

— Я не то имел в виду, прости, — он выдохнул. — Я приеду, обязательно, просто… сейчас не время. Я играю в коллективе. Заменяю парня. Ничего серьёзного, но подвести не могу, не мой стиль. И… я хочу доучиться… здесь.

— Ты серьёзно, Рикардо? Всё позади, ты не обязан. Отец ничего тебе не сможет сделать.

— А ты думаешь, что меня когда-то сильно парили его угрозы? — засмеялся Рик. — Ты явно не интересовалась нашей с ним историей любви, мам, — несколько секунд они просто смотрели друг на друга. — Я просто втянулся, знаешь… Мне в кайф, поэтому… позже.

— Я всегда тебя жду, сынок, — грустно улыбнулась мама.