Книга В горе и в радости, страница 56 – Юлия Резник

Женьку это, кажется веселит. Она подтягивает колени к груди и отворачивается. Но я успеваю заметить улыбку, которую эта невозможная женщина прячет. Довела мужика до ручки — и рада.

С психом возвращаюсь к кровати. Дергаю ее за ногу. И устраиваюсь сверху с четким намерением довести дело до конца.

— Что ж ты выбирал таких, а? Оно стоило? Меня… Семьи… Вот это все?!

— Нет.

— Тогда какого черта?! Ну какого?! — вдруг впадает в истерику Женя.

— Я дурак. Сглупил. Теперь все по-другому будет. Веришь?

— Нет.

— Жень… — шепчу я, зацеловывая ее лицо и, чтобы уже расставить все точки над i и не дать ей слиться, подхватываю ее бедро и начинаю осторожно протискиваться в ее тело.

— М-м-м…

— Тщ, детка. Господи, не шевелись. Так хорошо… Обними меня, и все вообще супер будет…

Женя послушно обвивает мою шею тонкими ручками. Веду пальцами по ее лопаткам, сцепив зубы, толкаюсь сильней, и еще сильней. Она стонет, я… Изо рта рвутся маты и всякая похабщина, которая с непривычки может напугать. Закусываю угол подушки, глуша готовые сорваться с губ непотребства. Женя подкидывает бедра. Секунда, и я уже полностью в ней. Нежной, горячей, сладко пульсирующей. Она опять, да? Только от того, что я два раза ткнулся? Изголодалась малая. Завтра наверняка запарится… Значит, что? Значит, нужно вытрахать из ее головы всю дурь. Чтобы не осталось ни стыда, ни сомнений. Только я.

— Ты предохраняешься?

— Нет, зачем?

— Ну, так-то да, — бормочу я. — Теперь надо бы.

— Даже не мечтай. Это больше не повторится!

— Думаешь?

Это даже смешно — то, что мы продолжаем спорить, хотя у обоих от удовольствия закатываются глаза.

— Никогда. Будем считать, мы закрыли гештальт. И теперь можно начинать новую жизнь.

— Не, — тяну я, скатываясь с нее, напряженной, как тетива, в предвкушении оргазма. Ничего не понимающая Женька разочарованно всхлипывает. Хлопает глазами, приподнимается на локтях.

— Что значит «не»?

— Мне такое не подходит. Я ничего не собираюсь закрывать. Скорее даже напротив.

— Что напротив, Леван?! Ну, что?! Ты хочешь остаться? Брось, я ни за что не поверю, что ты так впечатлился сексом со мной, что…

— Дело не в нем!

— А в чем?

— В том, что я просто хочу попробовать заново. А ты? Только честно!

Женя

Хотела бы я попробовать? Хотела, даже после всего. Именно это меня и пугает… Нет. Скорее даже не так. Это меня бесит и заставляет чувствовать по отношению к себе негатив. Потому что умом-то я понимаю, насколько глупо давать ему шанс, а вот сердце тянется к этому гаду так, будто это не он прошелся по нему грязными сапогами.

Собственное безволие пугает до дрожи в коленях. Я словно стою над пропастью и пристально в нее вглядываюсь, в то время как ураганный ветер все сильней подталкивает меня к краю. От ужаса немеют кончики пальцев. Я слишком хорошо помню, каково это — падать. Как сложно потом собирать себя по кусочкам и учиться заново жить.

А еще я… не знаю, как это объяснить. Но после проведенной с Леваном ночи, которая по идее должна была напомнить о том, как мы были близки когда-то, я, напротив, ощущаю его совершеннейшим незнакомцем. Мы будто бы никогда и не были вместе. Все вновь и не так, как когда-то запомнилось. Начиная от того, как он держит, пахнет, как смотрит и что говорит… И я вглядываюсь в него внимательнее.