Онлайн книга «Спайдер и Сторми»
|
— Что происходит? — спросила Рэй, тут же велев Ною увести Майлза подальше. Она поспешила к дивану и опустилась на колени рядом с Солджером. «Ты чёртов ублюдок, Люк. Ты чёртов ублюдок. Ты не должен был так со мной поступать. Не должен был ничего такого со мной делать». — У него гипервентиляция, — сказал Солджер. — Чарли, дружище, давай. Дыши со мной, ладно? Вдох… выдох… Я зажмурился, увидев дерзкую ухмылку Люка, и тут же стёр её из памяти. Нет. Я сосредоточился на том, чтобы сделать дрожащий вдох, ещё один дрожащий выдох. Постепенно я успокоил лёгкие, сосредоточился на Солджере, а потом… «Я увижу тебя снова». «Нет, не увидишь, Чарли». — О Боже. — Я зажмурился от внезапного ливня, потока слёз, беспорядочно стекающих в волосы и за уши. — Боже… Я сжал кулаки, прижал их к глазам и снова и снова прокручивал тот последний день. Снова и снова, лишь бы запечатлеть звук его голоса в памяти, зная, что однажды я его совсем забуду. ГЛАВА СОРОК ТРЕТЬЯ КОННЕКТИКУТ, ТРИДЦАТЬ ТРИ ГОДА В этой комнате где-то плакал ребёнок, зовя папу. Не разобрать, мальчик это или девочка, да и неважно. Отец этого ребёнка сидел в тюрьме, и почему он там оказался — тоже не имело значения в данной ситуации. Для малыша (по звуку совсем крохи) важно было лишь одно: ему или ей придётся уйти отсюда и жить дальше без отца. Ребёнку не было дела до причин заключения, не волновало, что натворил папа. Всё, что имело значение — и, вероятно, будет иметь ещё долго, — это то, что они не могут быть вместе. Для этого ребёнка в мире не существовало большей несправедливости. Чёрт, каждый мужчина здесь — муж, сын, отец, друг… брат… кто-то важный для кого-то. Но люди там, за бетоном, решётками и колючей проволокой… Им было плевать. В их так называемых добрых и всепрощающих сердцах не нашлось ни капли сострадания. Для них эти люди были не лучше бешеных зверей, которых следует усыпить. Монстры. «Как я». «Боже, я ни хрена не лучше этих парней». — Чарли! Резкий голос Люка вырвал меня из чёрной тучи, прочно обосновавшейся над моей головой. Я оторвал взгляд от грязного окна и посмотрел на брата, в его глазах читалась глубокая тревога. — Ч-что? — пролепетал я, моргнув, чтобы избавиться от образа крови Томми, смешанной с моей. Люк изучал меня в течение нескольких секунд, наклонив голову и беспокойно оглядывая моё лицо. Не знаю, что его больше зацепило — тёмные круги под уставшими глазами, длинная неряшливая борода или спутанные волосы до плеч, — но, наверное, это и не имело значения. Я знал, что выгляжу хуже него, и он тоже это знал. Но кто мог меня осудить? Трудно спать в доме, где ты чуть не лишился жизни — и где отнял её у другого. Ещё труднее спать, когда в глубине души чувствуешь, что заслужил быть здесь. За решёткой, среди прочих монстров. — Ты реально меня пугаешь, приятель, — тихо сказал Люк, словно не желая, чтобы кто-то ещё услышал его беспокойство. — Скажи, что я могу сделать. Я не удержался от смеха, покачал головой и отвернулся. В этом смехе не было ни капли веселья. — Ты ни хрена не можешь сделать. И ты это знаешь. — Я могу попробовать... — Ох, чёрт возьми, Люк. Хватит пытаться быть долбанным героем, ладно? — Я снова посмотрел на него. — Ты не хренов герой. Ты здесь. Моя резкость не стёрла тревогу с его лица. |