Книга Спайдер и Сторми, страница 137 – Келси Кингсли

— Я не была уверена, что хочу тебе это рассказать.

— Тебе и не нужно, — заверил я её, опустив вилку обратно на тарелку.

Она несколько раз сжала руку вокруг вилки и подвинула кусочек красного перца по тарелке. Её глаза не отрывались от того, как он скользит между кусочками яйца.

— Я никому не рассказывала, кроме Блейка и Си.

— Ты не обязана рассказывать мне ничего, чего не хочешь, — настаивал я, несмотря на пылающую ярость, нарастающую под кожей, и на желание уничтожить всё, что могло заставить её так испугаться за считанные минуты.

— Но я хочу тебе рассказать, — твёрдо сказала она. — Потому что вижу, как тебе тяжело говорить о себе и своей жизни. И я с тобой, Чарли — тебе не нужно рассказывать мне ничего, если ты этого не хочешь. Но дело в том, что я тебе доверяю. Даже не знаю почему, ведь я почти тебя не знаю, но это так. Как… — Сторми подняла на меня свои зелёные глаза. — Ты когда-нибудь испытывал такое чувство? Как будто твоя интуиция говорит за тебя?

Я не смог сдержать саркастического смешка.

— О, ты даже не представляешь.

Она едва заметно кивнула.

— Ну, вот так я чувствую по отношению к тебе. Как будто что-то большее толкает меня к тебе, и я не сопротивляюсь этому. Поэтому хочу, чтобы ты знал, что со мной случилось, ладно? И я рассказываю это не для того, чтобы ты потом вывалил на меня всё о себе. Не пытаюсь… обменять травмы, ничего подобного. Но если расскажу тебе свою историю, а ты захочешь рассказать мне свою, я готова выслушать.

Когда она закончила говорить, в комнате воцарилась тишина, нарушаемая только тиканьем настенных часов моей мамы. Сторми предлагала подарок; не нужно быть гением, чтобы это понять. Она заявляла о своей приверженности тому, что между нами происходило. Сторми приглашала меня в свой мир, и логика подсказывала, что меньшее, что я могу сделать, ответить взаимностью.

И, честно говоря, я хотел ей рассказать. Груз, который я нёс на плечах, был тяжёлым — таким, что сгибались плечи и с каждым годом боль усиливалась. Но то, что удерживало меня от того, чтобы полностью обнажить душу прямо там, за кухонным столом, было следующее: не все кошмары одинаковы. И хотя я точно знал — назовём это уверенностью, высокомерием, как угодно, — что смогу вынести тяжесть её истории, я слишком боялся, что моя не даст ей спать по ночам.

Поэтому я просто кивнул, не зная, что ещё сделать или сказать, чтобы не отпугнуть её и не обидеть.

— Эм, так... — Сторми отвела взгляд и посмотрела на часы. — О, тебе уже почти пора уходить.

Её плечи поникли от разочарования, словно она не была готова к тому, что это утро так скоро закончится. И хотя, возможно, я ещё не был готов раскрыть монстров, прячущихся в тени, я тоже не был уверен, что хочу остаться без неё прямо сейчас.

Так что, снова подняв вилку ко рту, я спросил:

— Хочешь пойти со мной на работу?

* * *

Солнце светило, а ветер был холодным, и я стиснул зубы, ощущая, как озноб пронизывает до костей, пока держал одну сторону чугунных ворот. Но Сторми, похоже, ничуть не беспокоилась: её руки были спрятаны в длинные рукава толстовки её зятя. Она распахнула другую створку ворот и ничуть не смутилась, когда очередной порыв ветра хлестнул нас по щекам.

В грузовике я показал ей, как открывать и закреплять ворота, и теперь наблюдал с другой стороны широкой подъездной дорожки, следя, чтобы она выполняла мои указания.