Книга Худший парень в мире, страница 88 – Холли Джун Смит

Ей это нужно. Нужно, чтобы вначале я оказался уязвимым, и, Боже мой, я чувствую это, стоя здесь перед ней, готовый к ее оценке. Я жду, когда она сделает шаг, но она стоит как вкопанная, в то время как ее взгляд блуждает по мне. Комната наполняется паром, а она по-прежнему не двигается.

Это была плохая идея? Не слишком ли это давит на нас обоих? Что-то внутри меня разрывается на части, и внезапно я больше не могу этого выносить. Вся власть у нее, и я почти ожидаю, что она рассмеется, или уйдет, или устроит мне выволочку за что-нибудь. Мысль о том, что она может передумать по поводу всего этого, приводит в ужас. Больше всего в жизни я хочу, чтобы сейчас она была обнажена.

— Можно я тебя раздену? — спрашиваю я, делая два осторожных шага к тому месту, где она прислонилась к раковине.

— Да, пожалуйста, — шепчет она и закрывает глаза, стоя прямо, так близко ко мне.

Этот топик с высоким воротом, который на ней надет, великолепен, он плотно облегает ее фигуру, и я хотел снять его с нее еще с того самого момента, как она села в мою машину. Я просовываю руки за пояс ее юбки, чтобы стянуть ее, но за что-то зацепился. Я тяну сильнее, и она ухмыляется.

— Ты что, разыгрываешь меня? Почему он не снимается?

— Это боди, идиот.

— Сними это.

— Снимаю! — смеется она, опуская руку под юбку, чтобы расстегнуть застежку. — Подожди.

Когда Хэтти смеется, когда забывает сдерживаться и по-настоящему отпускает себя, — это самый чистый звук на свете, но я не могу долго об этом думать, потому что вскоре она уже стягивает топик с плеч.

Увидев, что она под ним обнажена, я застонал, как пещерный человек. Когда я расстегиваю молнию на ее юбке сзади и позволяю ей соскользнуть с ее бедер, я еще меньше контролирую себя. Она снимает ее и отбрасывает в сторону, оставаясь в одних кружевных трусихах с двойными полосочками, которые я тут же наматываю на пальцы.

— Мне нравится, — я отпускаю бретельки с одной стороны на ее кожу, и она ахает. — Нам с тобой сегодня будет очень весело.

Запуская пальцы в ее волосы, я запрокидываю ее голову назад, чтобы осыпать нежными поцелуями ее лицо. Она податлива в моих руках, когда я обхватываю ее грудную клетку, мои большие пальцы поглаживают ее бока вверх и вниз, обводя округлости ее идеальной груди. Мой рот так близко к ее рту, и я высовываю язык, чтобы попробовать на вкус уголки ее губ.

— Я же говорила тебе — не целуй меня, — твердо произносит она, отворачивая от меня голову. Вместо этого я прижимаюсь губами к ее шее и целую ее там, лаская языком горло.

— Пожалуйста? — я откидываю волосы с ее лба и смотрю ей прямо в глаза, отчаянно надеясь, что она уступит мне. Как она может стоять здесь, почти обнаженная, рядом со мной и не хотеть целоваться? Это все, о чем я думал в течение нескольких месяцев. Я так сильно, до боли, хочу ощутить ее язык у себя во рту. — Позволь мне показать тебе, что ты упускаешь.

— Роб, я серьезно. Ты можешь целовать меня куда угодно, только не в губы. Не дави на меня, — она прикрывает губы рукой, и я испытываю удачу и вместо этого быстро целую ее в тыльную сторону ладони.

— Ты здесь босс, — я опускаюсь на колени, стаскивая с нее нижнее белье. Мне не нужно повторять дважды, и, честно говоря, я удивлен, что это было не первое, что я сделал, когда остался с ней наедине сегодня вечером. — Знаешь, с тех пор, как мы были здесь в последний раз, я не мог перестать думать о том, чтобы встать перед тобой на колени?