Книга Худший парень в мире, страница 86 – Холли Джун Смит

— Иди и сядь сюда, — говорит он, похлопывая себя по бедру. Часть меня кричит, чтобы я бежала, вызывала такси, и никогда, и ни за что не уступала его требованиям.

Другая половина побеждает. Я делаю, как он говорит, но мне неловко, сажусь слишком близко к его колену и теряю равновесие, когда закидываю ногу на ногу. Он обхватывает меня за талию и подтягивает поближе, пока я полностью не оказываюсь у него на коленях. Я оглядываю комнату, отчаянно надеясь сосредоточиться на чем-нибудь, кроме жара, исходящего от его тела и угрожающего опалить мое.

— Хэтти, — говорит он, дотягиваясь до моего лица и поворачивая его к себе.

— Хм?

— Ты такая напряженная. Что происходит?

— Ага, прости, — я допиваю остатки шампанского. — Наверное, я слишком многое надумала себе в голове.

— Ах, — улыбается он, нежно поглаживая большим пальцем мою челюсть взад и вперед. — Так ты признаешь, что думала об этом?

Самодовольный придурок.

— Ой, отвали.

— Эй, я польщен. Тебе поможет то, что я тоже об этом думал?

— Конечно думал. Ты же не способен воспринимать женщин иначе, чем как сексуальные объекты.

— Не будь грубой, это совсем не так, — его большой палец скользит вверх, чтобы провести по моей нижней губе, вытаскивая ее из того места, где я зажала ее зубами.

— Почему бы нам не начать с поцелуя? — шепчет он, приближая свой рот к моему. Его дыхание смешивается с моим, и это пугает меня до чертиков. Мои плечи напрягаются, и я отстраняюсь, хотя его рука все еще крепко сжимает меня за талию.

— Я не целуюсь.

Он склоняет голову набок, его брови сходятся на переносице.

— Почему нет?

— Это слишком личное. Мне это не нравится.

По какой-то причине он находит это забавным, и его смех причиняет боль.

— Значит, ты возьмешь в рот мой член, но не мой язык?

— Не издевайся надо мной, — я распрямляю ноги и пытаюсь встать, но он притягивает меня обратно к себе на колени, и становится ясно, насколько он возбужден, даже если не получает от меня того, чего хочет.

От ощущения его эрекции, прижатой к задней поверхности моего бедра, по спине пробегает жар, согревая меня. Я ставлю бокал на стол и приглаживаю волосы, чтобы хоть немного успокоиться. Перекатываю сережку между пальцами, так бывает, когда я не уверена, что делать со своими руками. Мне до боли хочется прикоснуться к нему, но все происходит слишком медленно. Я привыкла к парням, которые хотят сразу же перейти к делу, зачем он тратит столько времени впустую?

— А ты знаешь, что, когда возбуждена, ты играешь со своей серьгой?

— Нет, — протестую я, опуская руки на колени.

— Так и есть.

— Я не возбуждена, я нервничаю.

Ну что ж, теперь я облажалась.

Как будто я пошла и призналась Робу — Казаново — Моргану, что нервничаю из-за предстоящего секса с ним.

— Дорогая, я наблюдал за тобой месяцами. Ты делаешь так, когда обсуждаешь с Карой ее сексуальные книжки. Ты делала это все время, пока мы смотрели фильм с Крисом Эвансом, который Меган выбрала на свой день рождения. Ты делаешь так, когда споришь со мной. Так что я ни на секунду тебе не поверю, если ты попытаешься сказать, что сейчас не возбуждена.

Он, должно быть, чувствует, как моя сердцевина сжимается от его слов, потому что он продолжает, его голос звучит в миллиметрах от моего уха:

— Знаю, ты думала об этом. О нас. Поздно ночью, когда моя рука у тебя между ног, а ты вся влажная для меня.