Онлайн книга «Архангел»
|
— Патрон у тебя в кармане, пистолет перед тобой, – зазвучал в ушах, мрачный голос Архангела с лёгкой хрипотцой. Машинально достаю патрон и перевожу безжизненный, отчуждённый взгляд на Архангела. — Теперь у тебя только два выхода, либо ты ляжешь в эту могилу, либо под меня. Хотя есть и ещё один выход, можешь выстрелить в меня, осуществить свою месть, давай спаси мир от такого подонка. Не впервые моя кровь окропит эту землю, я же бесчувственное животное, в отличие от тебя. Это же я заставил жить близких мне людей в муках, каждый день испытывать режущую боль утраты, ощущать невосполнимую потерю, – эмоционально убивал, каждой фразой, меня Архангел. Глубже погружаю сжатые в кулаки руки в землю, осознавая, что мои конечности и то более чистые, нежели моя душа, на которую вылили помои, погрузили в затхлое болото. — Тебе меня не сломить, – сверкая глазами, подавляя чувство вины, хищно произношу я. – В отличие от тебя я нехладнокровный убийца. — А кто же ты? – презрительно интересуется Архангел. –Несколько дней назад, Соколовский стоял возле твоей могилы и уходя, поклялся выяснить информацию о тебе. А через несколько часов его машину расстреляли, погубив нескольких ребят, которые нашли своё пристанище недалёко от твоей могилы. — Это не моя вина, – прохрипела я. — А Соколовский вообще пропал, оставив твою подругу с двумя детьми, – продолжал говорить Архангельский, вновь и вновь заставляя испытывать чувства вины и угрызения совести. В странном состоянии прибывала я, утрачивала все чувства, ничего не видела, ничего не слышала, ничего не ощущала, кроме всепоглощающего мрака. – Выстрели и покончи с этой болью, выстрели и спаси себя, выстрели и… Не существует никакого великого зла, кроме чувства вины. — Давай, малышка, сделай мир более чистым. Соверши праведный суд. Это так легко, – он приподнял руку и наглядно продемонстрировал нажатие на мнимый курок. – Убивать не тяжело. Это просто. Нервно сглотнула. Правосудие следует рассматривать, как воздание каждому своего. Глава 7. Наташа Неприкаянность безжалостно разрывает душу, А безысходность душит плоть, Лишая смысла жизни, И выбивая дух! В угнетающей гробовой тишине автомобили подъезжают к дому, который больше напоминает машину для жилья, состоящий из бетона и стекла. — Дом – это полное олицетворение личности своего хозяина, – скользнула мысль в моей голове. – Величественное здание, поражающее своей масштабностью, которое сокрыто двустворчатыми воротами, изготовленными из металлических прутьев, они как верные стражники, железные рыцари охраняют покой обитателей дома и скрывают от посторонних глаз жизненные устои, правила и порядок. Непроизвольно, по мере того как машина подъезжает к главному входу здания, находящегося в самом центре фасада, между двумя колоннами, разместившихся на устойчивых пьедесталах, память начинает воспроизводить события, давно минувших лет. Как же сложно простить других за причиненную боль и боль отпустит. Простить себя и отпустить прошлое, чтобы наслаждаться настоящим. Отпустить обиды и негодование. Обида — это яд, который я пьёт в надежде, что отравятся другие. Прощать — не значит забывать. Прощать — это значит помнить без обиды… В нашей жизни случаются такие моменты, которые мы будем помнить всегда. Они потускнеют, изотрутся, пожелтеют как старые фотографии, но останутся навечно. И даже через долгое время при одном воспоминании о них внутри все сжимается, замирает, переворачивается… И вот уже бурная река памяти несет нас в прошлое, мы начинаем вспоминать людей, счастливые и горестные моменты жизни, события. И то улыбка на губах, то внезапно слезы… Наша память бездонна, душа — неизмерима, сколько всего они хранят, а тут их словно вдруг перевернули вверх дном и начали вытряхивать все, все, что есть… |