Книга Спасительная нить, страница 82 – Мишель Хёрд

Я смотрю, как он выходит из ванной, затем закрываю глаза и подставляю лицо под струю холодной воды.

Разговоры не помогут. Это не изменит того, что я сделал с Джей Джей.

Собрав последние остатки сил, я стаскиваю мокрый костюм и моюсь. Мое тело выполняет привычные действия, но разум терзают крики и видения: тело Джей Джея дергается при каждом толчке.

Спустившись вниз, я застаю дядю Карла на кухне, где он жарит бекон и яйца.

Он бросает на меня испепеляющий взгляд.

— Когда ты ел в последний раз?

Я лишь пожимаю плечами, садясь за кухонный остров и опуская предплечья на гранитную столешницу.

Он тычет в меня лопаткой.

— Хватит этого дерьма. Начинай говорить.

Я поднимаю руки, провожу ладонями по лицу и вздыхаю.

— Я уже все тебе рассказал.

— Расскажи еще раз, — приказывает он, засовывая два ломтика хлеба в тостер.

Виски начинает бурлить у меня в желудке, и я качаю головой, не в силах произнести эти слова вслух.

Кухня буквально содрогается под натиском гнева дяди Карла; воздух наполняется грохотом и звоном посуды. Минуту спустя он швыряет передо мной тарелку и рявкает: — Ты съешь все до последнего кусочка, или я запихаю это в тебя силой.

Взяв приборы, я чувствую, как желудок выворачивает наизнанку, но я заталкиваю еду в рот, с трудом сглатывая, словно пытаюсь проглотить камни.

Когда тарелка пустеет, дядя Карл прислоняется к кухонной стойке напротив меня, скрестив руки на груди. Он выглядит точь-в-точь как Сэмюэл Л. Джексон, готовый выбить из меня всю дурь, и приказывает: — Рассказывай.

— О чем? — бурчу я. — Я сделал то, что сделал.

— Расскажи, что ты чувствуешь, — требует он.

Меня переполняют эмоции, они бьются о мою совесть, терзают мое сердце, уничтожают мою душу. Не в силах сдерживаться, я резко провожу рукой по столешнице, и тарелка с грохотом падает на пол. Я вскакиваю, грудь вздымается, меня переполняет ярость.

— Я, блядь, изнасиловал женщину, которую люблю! — Мой взгляд сталкивается с глазами дяди. — Я уничтожил ее. — Голос срывается. — Я подвел ее.

Дядя Карл обходит кухонный остров и сжимает меня в отцовских объятиях, которых я не заслуживаю.

— Нет, Дэниел. Но ты подводишь ее прямо сейчас. Если ты поговоришь с Джей Джей, вы сможете пройти через это.

Я резко качаю головой, вырываясь из его хватки.

— Тут не о чем говорить. Я не могу смотреть ей в глаза.

— Тебе нужно, блядь, поступить как мужчина и дать этой женщине возможность поставить точку, которую она заслуживает!

Я знаю.

— Я не могу. — Опустив голову, как последний трус, я произношу: — То, что я уничтожил ее… это убивает меня. — Мне каким-то образом удается поднять на него глаза. — Я не могу смотреть в ее глаза и видеть боль, которую сам же причинил. Я не могу смотреть в лицо тому, что я с ней сделал.

— Можешь, и ты сделаешь это. — Дядя Карл подходит ко мне вплотную. — Если ты любишь эту женщину, ты встретишься с ней. Джей Джей сильная, Дэниел. Боже, вы оба испытываете адскую боль. Проясните все, чтобы вы могли двигаться дальше.

Двигаться дальше к чему? К жизни без Джей Джей?

Да я лучше умру.

ДЖЕЙ ДЖЕЙ

Я вижу Раму, но не чувствую, что это он. Хотя это лицо и тело Рамы, мне кажется, что это О'Брайен.

Я лихорадочно осматриваю темную комнату, но нигде не могу найти О'Брайена.

— Посмотри на меня!