Онлайн книга «После развода. Вернусь любой ценой»
|
Почему-то семья тоже показалась обузой… Тем, что мешает мне — тупому идиоту — развиваться… Разве я обдумал свое решение? Скорее нет, чем да… Я протрезвел, понимая, что предал Марину и не могу больше смотреть ей в глаза… Жить двойной жизнью, обнимать, строить из себя примерного семьянина, кем она меня считала… Я и сам себя считал таким! Что могло произойти? Я по всем фронтам обломался! Прав был Юра — надо было все обдумать, а не бросать жену… Как бы цинично это ни звучало, но мне стоило повременить с признанием… А что сделал я? Захотел стать хорошеньким… Это ведь так правильно — не лгать, а ударить ножом в грудь сразу, с размаху… Так, чтобы не мучилась. Все во мне противилось лжи. Я не мог спать… Осуждение, вина отравляли все мое существо. Потому я и признался… Зачем что-то взвешивать, если все мозги стекли вниз? Двойная жизнь оказалась не по мне… Мне хотелось быть честным с каждой из них. И я искренне презирал тех, кто лжет, стремясь защитить измазанную в дерьме задницу… Они суетились, юлили, играли… Вечно контролировали все и… В конечном счете ошибались. Но я-то другой — честный мужик, а не какой-то там… Но все они в итоге понимали, ЧТО теряют… И… оставляли любовниц. Разве тогда я думал, что потерял самое важное, что у меня было? Единственное, что, вообще, у меня было… Потому что потом ничего не осталось… Ничего, кроме чудовищной вины… Но и тогда я не бросился просить прощение и умолять ее меня принять. Нет, я не мог допустить, чтобы моя девочка извалялась в дерьме… Я презирал себя. Давил желание приехать домой, побыть с ней. С ними… Отстранялся, большую часть времени проводя на работе. Что со мной случилось? Кто меня надоумил разрушить все? Я до сих пор не могу ответить на этот вопрос… Как мог променять семью на мерзкий, дешевый товар? Я ведь любил Марину… По-настоящему любил. И никогда не считал ее прислугой или бесплатным приложением к журналу Мурзилка. Мы хорошо жили… Без скандалов, игр в молчанку и ссор… Да, иногда цапались, как и все… Черт… Вот некоторые всю жизнь гуляют. Меняют женщин как перчатки и… Выходят из воды чистеньким. А я, весь такой порядочный и влюбленный, САМ признался жене… Гадко на душе… Стыдно и плохо. Теперь такое состояние у меня всегда… Всегда… тишина холостяцкой квартиры, бессонные ночи в неудобной кровати… А еще мне гадко, что я принял влечение к этой твари за любовь… Ничего не хотел слушать, рвался, идиот, в бой! Юра умолял подумать, присмотреться, повременить… Все ведь открылось бы рано или поздно. Но я не смог… Лада сказала о беременности, и у меня сорвало крышу… Медленно выплываю из омута воспоминаний и рывком распахиваю дверь в палату… Что-то во взгляде Марины показалось мне странным… Мы слишком хорошо знаем друг друга, чтобы не чувствовать такое… И она же хотела поговорить? — А вы… ты подождать не мог? — рычит Марк, отлипая от ее пальчиков. — Не мог. Тебе пора. — Что? — прищуривается он. — Слушай, ты… Бывший муж и предатель в одном лице. Скоро мы поженимся с Маришей, ребенка я запишу на себя. — Марк, остановись, — выдыхает Марина. — Ребенок Ильи… И он будет записан отцом. Марк, я прошу тебя уйти. Здесь мой сын и мама. Я не готова сейчас к разговорам о будущем. Мне нужен покой. Прости… Она боится его! Когда Марина боится, всегда сжимает что-то в пальцах. Будь то край футболки или шарфика, салфетку… И сейчас она теребит край больничного одеяла. Этому олуху, конечно, невдомек… |