Книга Падальщики, страница 88 – Наталья Тимошенко

Он собрал их всех сразу после гибели Рокотова. Объяснил, что еще сам не понимает, во что все выльется. Нужно пока вести себя тихо, никаких интервью никому не давать, вообще никак не комментировать произошедшее. Особенно это касается Влада, Алисы и Софи. Они чаще всего мелькали рядом с Леоном, а значит, об их существовании и работе на Леона знают многие. Остальные сотрудники под меньшим вниманием.

А затем отпустил всех по домам. Сказал, что раньше второго января никого не ждет. Кроме охранников, разумеется. Тем приходилось работать с еще большим усердием, поскольку журналисты не оставляли желания задать Леону несколько вопросов.

Из Волчьего логова Алиса уезжала с тяжелым сердцем. Ей почему-то казалось, что она уже не вернется сюда. С трудом заставляла себя сидеть прямо, смотреть в лобовое стекло и не оборачиваться.

— Думаешь, это плохо кончится? – спросила она у Влада.

Тот покачал головой, крепче сжимая руль.

— Черт его знает. По факту, кроме слов Рокотова, никаких доказательств вины Леона нет и быть не может. Но людская молва бывает сильнее доказательств. Ладно, – он нарочито весело улыбнулся, – чего заранее переживать? Новый год впереди. А в это время, как известно, чудеса случаются!

Дома ее ждал скандал. Крики Алиса услышала еще с лестницы, а когда вошла в квартиру, поняла и весь масштаб катастрофы. Любка стояла посреди коридора в платье и сапогах, красная и зареванная. Мать, стоящая напротив, держала в руках ее куртку. Не плакала, но выглядела такой же злой. В большой комнате кричала Диана, но на нее никто не обращал внимания.

— Что у вас тут происходит? – поинтересовалась Алиса, закрывая за собой дверь.

— Что происходит?! – первой отозвалась мать. – Сестра твоя себя взрослой возомнила, вот что происходит! Дала ей денег на день рождения? Вот теперь она решила, что и на Новый год с друзьями может пойти! Пожинай плоды!

Алиса обалдела от такого перевода стрелок в свою сторону, но промолчала. Кто-то в этом доме должен сохранять трезвую голову и ясность мыслей. А, похоже, и мать, и Любка из кандидатов уже выбыли.

— Мало мне проблем в жизни, так еще и эта подкидывает! – продолжала кричать мать. – Вон, по телеку второй день твердят про детей, которые ушли вечером гулять и не вернулись. Полиция с волонтерами ищут! Не хочу потом так же искать!

— Можно подумать, ты бы стала! – закричала в свою очередь Люба. – Небось, выдохнула бы: одной проблемой меньше.

— Люба! – не выдержала уже Алиса.

— Что – Люба? Что мне дома делать? У нас ни елки, ни оливье! Голубой огонек смотреть? Или спать лечь в девять вечера?

— Лучше лечь спать под утро в чужом доме и с чужим мальчиком, да! – ядовито выплюнула мать.

— Не равняй всех по себе! – выкрикнула Любка и тут же – Алиса даже среагировать не успела – получила пощечину.

Мать, казалось, испугалась собственной реакции, отскочила назад. Любка, прижав ладонь к щеке, разрыдалась еще сильнее и убежала на кухню. Алиса на мгновение растерялась, но быстро пришла в себя.

— Иди, успокой Диану, – велела она матери. – А я поговорю с Любкой.

— Поговори, – зло заявила мать. – Ты ее разбаловала своими подарками, ты и поговори.

Алиса изо всех сил сжала зубы, чтобы не ответить. Только нового витка скандала тут и не хватало. Развернулась и пошла на кухню.