Книга Падальщики, страница 56 – Наталья Тимошенко

— Зачем? Разве у тебя мало денег?

Лицо Леона вдруг стало строгим, непроницаемым. Они продолжали сидеть на полу библиотеки, окруженные пыльными томами, освещенные несколькими лампами, стоящими тут же, на полу. Обстановка была почти интимная, располагающая к откровениям, поэтому Алиса и задала вопрос. Но Леон, похоже, закрылся, не желая отвечать, однако затем передумал.

— Дело не в деньгах. Их у меня достаточно, тут ты права. Но дело не в них.

— А в чем?

И снова долгое молчание, прежде чем он продолжил:

— Когда я разбился на мотоцикле, я должен был умереть. Мои травмы были такими серьезными, что спасти меня могли бы, только если бы я влетел на байке прямо в операционную. А вокруг меня было поле и безлюдная дорога.

— Демон предложил тебе сделку? – внезапно догадалась Алиса, удивившись, как не додумалась раньше.

Леон кивнул.

— Стандартная сделка с демоном выглядит примерно так: он исполняет твое желание и дает тебе какой-то срок им насладиться. А затем приходит и забирает душу. Душа достается ему, тело – Падальщикам. И на этом концерт окончен, game over. Мне же предложили другое. Демон, нашедший меня под тем деревом, был уже очень старым. Да, они тоже стареют, хоть и бессмертны по сути. Ему не хотелось искать жертв, заключать с ними сделки, исполнять их желания. Это отнимает у демонов много сил, каждый переход из их мира в наш – очень энергозатратен.

— И он предложил тебе жизнь в обмен на то, что ты будешь поставлять ему души? – снова догадалась Алиса. Надо же, ведь все было перед ее глазами. О том, чем именно занимается, Леон рассказал ей давно, еще на вечеринке мэра. Дальше она могла бы догадаться. Могла бы, но не хотела.

— Он предложил мне жизнь в обмен на душу, как и всем, – поправил Леон. – Но, чтобы я мог продолжать жить, оставшись вскоре без нее, мы договорились, что я буду поставлять ему души других людей, ты права.

— То есть… – Уже запущенный мыслительный процесс не хотел останавливаться, открывая для Алисы все более страшную правду. – То есть у тебя нет души?

Леон кивнул.

— Нет. Поэтому я могу вмещать в себя столько тьмы. Во мне… много места, – он криво усмехнулся.

А Алиса вспомнила, как спросила, почему он не надевает защиту во время охоты на бездушных. Он тогда сказал, что защищается другими способами. Оказывается, защита ему и вовсе не нужна.

— Почему ты не стал бездушным? – задала она очередной вопрос, хотя все внутри противилось дальнейшим расспросам.

— Демон оставил во мне след, чтобы этого не произошло.

— А как же Падальщики? Ты говорил, что они приходят за теми, в ком остается след.

Леон внезапно повернулся к ней боком, приподнял волосы. На его шее между затылком и левым ухом, почти у самого края роста волос, Алиса увидела небольшую татуировку: темно-серые линии перекрещивались в неизвестном рисунке.

— Это защищает от них. – Леон снова спрятал метку под волосами, посмотрел на Алису. – Если я не буду поставлять души, метка исчезнет. И тогда мне останется только распахнуть двери для Падальщиков.

Алиса молчала. Вопросов больше не было, а что сказать, она не знала. Могла ляпнуть что-то неуместное, о чем потом пожалела бы.

— Ты хочешь уйти? – внезапно спросил Леон, внимательно глядя на нее.

— Куда? – удивилась Алиса.

— Вообще. После того, что я рассказал, ты хочешь уволиться?