Книга Сноходцы, страница 64 – Наталья Тимошенко

Алиса, похоже, испытывала куда более сильные чувства. Обхватила себя руками за плечи, медленно прошлась по дому, остановившись на секунду у портрета.

— Жуть какая, – пробормотала она.

Леон подошел ближе, тоже взглянул. И сразу же узнал колдуна из своих видений. Только на портрете он был значительно старше, почти уже старик. Такая же борода, как у сына, такие же кустистые брови. Портрет был написан не слишком качественно, поэтому в полутьме дома глаз из-под бровей совсем не было видно.

Скрипнул порог за дверью, и Алиса с Леоном поспешили вернуться в центр избы.

— В ногах правды нет, садитесь, – велел Смирнов, входя в дом. – С чем пожаловали? Вижу, что помощь моя не требуется, у самих тьмы через край. – Он внимательно посмотрел сначала на Леона, потом на Алису, потом снова повернулся к Леону. – У тебя. У девчонки-то самая малость.

— Вы правы, мы не за исцелением приехали, – подтвердил Леон.

— Мы вам передачу привезли, – Алиса протянула ему пакет Мартыновны.

Смирнов пакет поставил в угол, даже не заглянул в него.

— Значит, вот как меня нашли. Зачем?

— Мы бы хотели поговорить о вашем отце, – пояснил Леон.

От него не укрылось, как по лицу Смирнова пробежала тень.

— Помер он. Уже больше года как. Что о нем говорить?

— Мы знаем, что около шестидесяти лет назад, когда вы еще были младенцем, у вашего отца было что-то вроде… группы людей, которыми он руководил.

— Секта у него была, – перебил Смирнов. – Своими именами вещи называй, не люблю, когда юлят.

Что ж, так будет даже проще.

— Хорошо, секта, – согласился Леон. – И когда ее накрыли, он сбежал вместе с вами. Он рассказывал вам что-то о ней?

Смирнов качнул головой.

— Откуда тогда вы знаете, что она была?

— Видеть умею. Прошлое. Не будущее, как ты, – он посмотрел на Алису.

— Я не умею видеть будущее, – возразила та. – Точнее, это бывает редко и непроизвольно.

— Потому что ты не хочешь, – припечатал Смирнов.

— Потому что это опасно для нее, – заметил Леон.

Смирнов перевел на него взгляд.

— Это для тебя опасно, а для нее нет. Но учить надо, а учить некому. За твоей спиной смерть вижу, ты не успеешь. А если бы и успевал, то не сумел. Ты силой берешь, а ей крохи нужны. Ювелирная работа. Такая тебе не по зубам.

— А вы, значит, можете? – усмехнулся Леон.

— Я учеников не беру, – отрезал Смирнов. – Так что про отца узнать хотели? Мне детали неизвестны. Я, когда мальчишкой был, в прошлое заглядывал, интересно было. Но отец лупил за такое, ремнем любопытство выбивал. А когда постарше стал, уже и сам не смотрел.

— Почему? – удивилась Алиса.

— Противно это. Сила у меня есть, но использовать ее, как он, я не хочу. Целительство выбрал.

— А ваш отец? Если он умер всего год назад, значит, еще больше пятидесяти лет после этого жил. Чем занимался?

— Силу свою он запечатал, – пояснил Смирнов. – Если вы об этом. С тьмой больше не связывался, ритуалы не проводил. От этого злой был постоянно, в алкоголе глушил боль. Но не колдовал. Людям не помогал, как я, но и не вредил. Мы переезжали часто, потом он тут, на хуторе осел. А я по деревням разным мыкался. Таким, как мы, нигде места нет. Потом, после его смерти, я тоже сюда переехал. Тут людей нет, никто не беспокоит. Приезжают, конечно, но как приехали, так и уехали, а соседей нет.