Книга Сноходцы, страница 44 – Наталья Тимошенко

Алиса улыбнулась в ответ. Влад знал Леона много лет, с глубокого детства, и если уж он не ожидал от него такого, то какие шансы разгадать дьявольский план имела Алиса? Никаких, совершенно точно.

— И тем не менее он тоже вернулся, – заметила она.

— Иногда обстоятельства складываются так, что нам нужно задвинуть свои чувства и переживания куда подальше и просто делать дело, – пожала плечами Софи. – Ты не хуже меня это знаешь. И Влад тоже понял. Леон практически не оставил нам времени на истерики и долгие выяснения отношений. В этом плане его выжигание метки было очень своевременным.

Алиса вспомнила вид обугленной раны с запекшейся кровью на его голове.

— Быть холодным и трезвомыслящим он умеет, – пробормотала она.

Софи кивнула, а затем снова усмехнулась:

— В отличие от своего братца. Ты бы видела, как он орал в палате Леона! Требовал немедленно всю информацию по ритуалам, чуть ли не интервью в прямом эфире. Угрожал, что иначе найдет другие источники информации.

— Он как-то предлагал мне стать таким источником, – не удержалась Алиса.

Софи покосилась на нее.

— Когда?

— Еще до Нового года. Говорил, что хорошо заплатит.

— А ты что?

— Послала, что ж еще?

— А он?

— Ничего. Вроде принял. Может, стал бы убеждать, но мы тогда как раз к моему дому приехали, у него времени не осталось.

— Он подвозил тебя домой?

Только сейчас в голосе Софи Алиса заметила ревность. Поморщилась. Надо было тщательнее следить за языком, как бы то ни было, а Софи влюблена в Рафа, и чтобы она ни говорила о долге, а чувства у нее тоже есть, и с ними стоит считаться.

— Один раз, мне надо было срочно, а до станции не дойти, такая метель. Но не переживай, на кофе я его не звала, распрощались у подъезда. Меня там как раз подруга ждала, я с ней осталась.

— Подруга? Мирослава? Раф был знаком с ней?

— Очень шапочно.

Алиса вспомнила, как поплыла Мира от одного лишь вида известного телеведущего. И хоть Алиса не сомневалась в подруге, была уверена, что Мирослава повела бы себя благоразумно, она понимала ревность Софи. Раф не пропускал ни одной юбки, будто коллекционировал женщин в своей постели. Алиса не удивилась бы, если бы однажды выяснилось, что он записывает их имена в столбик где-нибудь у изголовья кровати.

Успокоив Софи, что с Мирославой Раф имел еще более кратковременное знакомство, чем с ней самой, Алиса вернулась к жертвоприношениям, и они еще раз обсудили все, что Алиса с Леоном делали последние два дня. Беседы хватило как раз до поворота с трассы на проселочную дорогу, ведущую к небольшому дачному поселку, где круглый год жил Тимофей Аркадьевич Голубицкий, пятьдесят восемь лет назад накрывший секту «Спасение». Тимофею Аркадьевичу было уже за восемьдесят, и Алиса удивилась тому, что он не перебирается в город, однако, увидев бывшего милиционера, поняла, почему он предпочитает проводить время на даче даже зимой.

Голубицкий, несмотря на возраст, оказался высоким, подтянутым мужчиной, которого язык не повернулся бы назвать стариком. Он жил в небольшом, но ухоженном доме-бунгало, который было видно издалека благодаря мигающим новогодними огнями окнам и крыше. Большой двор, куда бывший милиционер провел гостий, тоже оказался аккуратным. Ровные дорожки, небольшие хозяйственные строения, тщательно подстриженные кусты и спящие клумбы.