Книга Академия Горгулий. Тайна ректора, страница 32 – Лена Обухова

— Тебя снова влечет теория некромантии? Мне казалось, ты охладела к ней в последнее время.

— Трудно полностью охладеть к тому, что является частью тебя. Но ты прав: у меня появилась идея, поэтому я ищу способ ее реализовать.

Он сделал несколько шагов к столу, словно собирался заглянуть в книгу, которую Ника как раз штудировала.

— Что за идея?

Ей захотелось закрыть текст руками и соврать что-нибудь правдоподобное, но в голову ничего не пришло, а потом это и вовсе показалось неправильным. В конце концов, его это касается напрямую, Ламберт имеет право знать, чем она занимается.

— Я пытаюсь найти способ выяснить, кто убил твоего отца.

Прозвучало непривычно тихо, обычно Ника говорила громче и четче. Но Ламберт все равно замер на месте, словно споткнулся. Его лицо помрачнело, уголок рта нервно дернулся.

— Зачем? Мы знаем, кто его убил. Его родной брат, мой дядя…

Ника выразительно помотала головой.

— Знаю, что ты так думаешь, но я сомневаюсь. Вспомни день, когда драконы явились сюда. Помнишь реакцию дяди, когда тот увидел, что твои браслеты пропали? Он был в шоке и смятении. Ламберт, мне кажется, он искренне верил, что ты убийца. И когда оказалось, что ты оправдан, он тут же отступил, признал тебя главой рода. Думаю, человек, убивший родного брата ради статуса лорда Ардема, не сдался бы так легко. И не был бы так удивлен.

— Он просто испугался, — возразил Ламберт, но уже не так уверенно. — Ведь после меня он второй главный подозреваемый.

— Конечно, испугался. Но, возможно, того, что кто-то сумел подобраться к твоему отцу так близко. Если он знает, что не убивал его, то понимает: безопасность в вашем Ардеме ни к черту.

— Значит, это сделал Ши, — после короткой паузы предположил Ламберт, но уже не так уверенно. — Он же хотел, чтобы я потерял все по ложному обвинению. На моего отца имел зуб.

— Имел, — согласилась Ника. — Но он его не убивал. Прежде чем вы пришли меня спасать, Киллиан успел разболтать мне всякое. В том числе упомянул, что ситуация, в которую ты попал, — это не то, что он для тебя готовил. Он сказал, что планировал нечто другое, ради чего и убил… твою невесту. То, что случилось потом с твоим отцом и с тобой, не входило в его планы, но он решил, что это тоже неплохой вариант. Так он сказал.

Ламберт задумался ненадолго, после чего едва заметно кивнул, все же подошел ближе и заглянул в книгу через ее плечо.

— И как у тебя успехи? Есть варианты?

— Есть, но… Не нравятся они мне. Чтобы поговорить нормально, нужно полноценно призвать дух, а для этого требуется плоть или кровь… Мне бы не хотелось тревожить останки твоего отца, я к этому морально не готова.

— У тебя и не получится, — заметил Ламберт. — Давняя традиция драконов предполагает кремацию. От нее отказались после потери оборота, но вернули во время войны с некромантами. Сейчас это вопрос личного выбора, и мой отец как раз незадолго до смерти распорядился кремировать его, а прах развеять.

Слова «незадолго до смерти» царапнули сознание Ники. Прозвучало так, словно Патрик Рабан знал о том, что скоро умрет. Может, предчувствовал неладное? Или знал, что кто-то может прийти по его душу?

От размышлений ее отвлек новый вопрос Ламберта:

— А как насчет тех кубиков? Призраки, бродившие по замку, назвали тебе через них свои имена…