Книга ЗАТО: город забвения, страница 45 – Лена Обухова

— Сомневаюсь, что мы найдем там что-нибудь интересное, так что фишки можно и сейчас наметить, — задумчиво протянул Михаил, вроде все-таки успокаиваясь и переставая рваться в город.

— Фишки? — переспросила Олеся. — О чем это вы?

— Ну это в смысле, о чем будет ваша личная история внутри общей истории городка и «расследования», — Лекс выразительно изобразил пальцами кавычки, произнося это слово, — которое вы будете проводить. Что-то, с чем каждый из вас или кто-то один реально столкнется. Ну, то есть… Не так чтобы действительно реально, но ты понимаешь, о чем я.

— Нет, я не понимаю, — холодно отрезала Олеся. — Я собиралась отразить реальную картину. Версии, легенды — это сколько угодно. Можно снять страшные места, какие-то яркие кадры, наложить потом на все это тематическую музыку, но вывод должен быть объективным!

— И тогда никто не станет смотреть второй выпуск, — хмыкнул Михаил. — Пойми, люди смотрят подобные передачи не для того, чтобы узнать что-то новое. Они хотят получить эмоции, пощекотать себе нервы, почувствовать, что совсем рядом что-то происходит. Испугаться перед сном, забыв о реальных тревогах и проблемах. Поэтому нужно усиливать исходную легенду и подкреплять ее каким-то личным пугающим опытом. С легендами у этого места и так все хорошо, там все давно придумали за нас. Читаешь — и волосы по всему телу шевелятся. Так что поработаем над личным опытом. Самое простое — люди в окнах. Я могу говорить, что чувствую чьи-то взгляды, Лекс будет снимать фасады зданий, ты будешь говорить, что никого не видишь, а потом — бамс!

Он выразительно ударил тыльной стороной одной ладони по другой, отчего Лекс и Олеся невольно вздрогнули. Михаил усмехнулся, довольный произведенным эффектом, и продолжил:

— И вдруг обнаружатся темные размытые силуэты в некоторых окнах, попавших в кадр.

— А откуда они там возьмутся? — нахмурилась Олеся.

— Наложим при монтаже, — пожал плечами Лекс, несколько удивляясь ее реакциям. Неужели она сама не знает, как это работает? — Можно еще в одной из сцен сделать вид, что вы что-то слышите. Скажем, далекий крик или вой. Или его будет слышать только Архангел, а ты скажешь, что не слышишь. А потом я типа обработаю запись и вычленю этот звук. Думаю, в базе и крики найдутся, и вой на любой вкус.

— Послушайте, но это ведь все подлог! — возмутилась Олеся. — Я думала, мы снимаем документальную телепередачу…

— Слушай, мы же не на канале «Культура» работаем, — фыркнул Михаил. — Мы делаем развлекательное шоу для аудитории, которая хочет верить в подобные вещи! Для людей, которые…

— Платят экстрасенсам за то, чтобы они дурили им голову? — с вызовом перебила Олеся. — Я не собираюсь принимать участие в мошенничестве.

— Да и не принимай, — отмахнулся Михаил. — Ты будешь скептиком, который ничего не видит, не чувствует, не слышит, не верит.

— То есть самой собой?

— Да! А я буду видеть и слышать все за двоих. Лекс потом запись подшаманит — и все будут довольны. И ты, и мы, и канал, и зрители.

— А если я расскажу своим подписчикам о том, как вы химичите? — продолжала гнуть свое Олеся.

— Предлагаю перечитать подписанный контракт, прежде чем делать так, — заметил Лекс. — Там серьезные штрафы за такое прописаны. Полжизни будешь на них работать. И о своем шоу тебе можно будет забыть.