Книга Укрощая дракона, страница 46 – Майя Фар

Я взяла его руку, стараясь, чтобы моя рука при этом не дрожала, и спокойно, но твёрдо отвела от своего лица, после чего взглянула прямо в его глаза и сказала:

— Нет.

В его глазах зрачки стали вытягиваться, и где-то за пределами радужки блеснул огонь. Голос генерала стал хриплым и, как мне показалось, снизился на пару тонов.

— Что ты сказала?! Повтори! — рыкнул он.

Я повторила:

— Нет! — И добавила: — И не надо на меня рычать.

Огонь в глазах генерала стал ярче, дыхание его участилось.

— Пошла вон отсюда! — вдруг крикнул он. — Вон, я сказал!

Дважды ему пришлось повторить только потому, что я немного замешкалась, но уже в следующую секунду меня как ветром вынесло из его палатки, и я побежала к нашей с Миной карете.

Мина, увидев меня, несколько запыхавшуюся, с волнением спросила:

— Госпожа Дария, что случилось? Он что-то сделал вам?

— Нет, Мина, всё нормально, — сказала я, успокаивая добрую девушку.

И вдруг послышалось жуткое рычание, огромная чёрная тень взмыла в ночное небо, а посередине импровизированного лагеря полыхнул огромный костёр.

— Что это? — со страхом в голосе спросила Мина.

— Похоже, сгорела палатка господина генерала, — ответила я.

Ночью я спала плохо. Всё время мне казалось, что кто-то на меня смотрит. Я открывала глаза, вглядывалась темноту кареты, потому что мы с Миной расположились внутри, потом прижималась к макушке ребёнка, вдыхала молочный запах и снова засыпала.

Никто больше к нам не подошёл.

Утром, как обычно, пришёл тот же самый солдат, принёс нам еды, воды, и я его спросила:

— Скажи, там всё в порядке? С господином генералом ничего не случилось?

Солдат воровато оглянулся, как будто опасаясь, что его кто-то услышит, и тихо сказал:

— Всё хорошо.

— Что с ним?

— Да он же дракон, что ему сделается, — ответил пожилой мужчина. — Полетал и вернулся.

— А скажи, — мне было неспокойно, но именно потому, что во мне «волновалась» целительская магия, — никто из солдат или офицеров не пострадал?

И мне не понравилось, что солдат сник и, ничего не ответив, быстро ушёл.

— Мина, — сказала я, — сдаётся мне, что у вчерашнего пожара есть последствия. Пойду я взгляну: вдруг кому-то помощь требуется.

Мина, конечно же, за меня ухватилась.

— Я с вами. Куда вы одна пойдёте?

— Сиди тут, присмотри за Лиамом, — отрезала я и, схватив лекарский сундучок, снова направилась к началу лагеря.

Я помнила, что возле палатки генерала, недалеко, плотным кольцом располагались солдаты. Если вдруг огонь вспыхнул резко, то он, вполне вероятно, мог задеть отдыхавших людей.

Я не дошла до того места, где ещё вчера стояла палатка генерала Лаэрта, потому что наткнулась на телегу, в которой лежали двое. За этой телегой была ещё одна, и там двое лежали, а третий сидел, баюкая замотанную чем-то руку.

Взглянула на солдат целительским зрением и увидела, что у каждого из них есть повреждения: серая пелена покрывала отдельные участки тела, причём у тех двух, кто были на первой телеге, повреждения были серьёзные. Пелена была настолько плотная, что мне казалось, перейди я на обычное зрение — и тоже её увижу.

Я подошла ближе и увидела, что их никто не освободил от полусгоревшей одежды. Но в местах, наиболее пострадавших, одежда была срезана, и раны были проложены чистыми, белыми тряпицами. Я вздохнула: это хорошо, что о них позаботились, но при таких ожогах это почти ничто; и если не залечить, то, вполне возможно, они не доживут до заката.