Книга Укрощая дракона, страница 40 – Майя Фар

Генерал удивлённо взглянул на барона, но ничего не сказал и отступил.

Я попросила генерала присесть на постель, сама же, не подходя к нему, стала сканировать, продолжая смотреть на него.

Генерал ухмыльнулся:

— Смотри, барон, твоя невеста просто ест меня глазами.

— Помолчите, пожалуйста, — строго сказала я. — Я смотрю на вас целительским зрением, мне нужно увидеть, что с вами происходит.

И краем глаза я увидела, как побледнел барон. А у генерала, похоже, от моей наглости просто пропал дар речи, и он действительно замолчал.

А я действительно смотрела на него целительским зрением.

И эти шрамы... Это действительно было проклятие, центр проклятия находился внутри источника, а проклятие словно чёрный паук, опутывало источник. Источник был у каждого дракона, и он был всегда очень красивым, но у генерала был уродливым, потому что с ним что-то случилось гораздо раньше того дня, когда Адарис его прокляла. Не могло же так быстро это проклятие разрастись. Или могло?

Я уже выяснила, что каждый дракон имеет свою суть — магическое ядро. И цвет его зависит от рода дракона и от его силы. Ядро может быть больше или меньше, интенсивность свечения тоже может отличаться, но оно всегда похоже на большой драгоценный камень, в котором внутри играет огонь, освещая камень изнутри. И если смотреть магическим зрением, то он всегда смотрится красиво.

Но у генерала вместо красивого огранённого алмаза было чёрное нечто, даже на вид неприятное, липкое и словно бы размазанное, не имеющее ничего общего со структурой драгоценного камня.

А помимо изменения источника, у генерала были ещё проблемы, но это я определила для себя как последствия проклятия. Раны генерала, видимо полученные после проклятия, не заживали.

«Именно поэтому от него пахнет кровью», — подумала я.

Странно, что эти открытые раны не приводили к заражению. Видимо, тот огонь, что был в генерале, выжигал заражение тканей. Я видела поверхностное заражение, в магическом спектре это проявлялось серыми уплотнениями, видимо, кожа в некоторых местах была покрыта незаживающими язвами.

Но даже если нет заражения, то всё остальное должно было приносить ему ужасные мучения, потому что не заживали не только внешние повреждения кожи и мышц, но и внутренние. Там, где было задето сухожилие, например, или там, где рана уходила в глубокие слои мышечной ткани, или трещина в ребре. И с внутренними органами были проблемы.

Я могла бы ему залечить всё это прямо сейчас, но опасалась, что эффект был бы короткий, потому что проклятие не дало бы организму принять это заживление.

Но я всё равно решила попробовать что-то сделать.

Для того чтобы направить мою магию, мне нужно было видеть повреждение.

— Теперь можете снять рубашку, — сказала я.

На этот раз генерал не стал шутить по этому поводу, он скинул рубаху, и даже барон не удержался и охнул, когда увидел, что тело генерала мало того, что было всё пронизано внутренними шрамами, но ещё и покрыто незаживающими рубцами и язвами. Казалось, что генерал весь — одна сплошная рана.

Генерал мрачно усмехнулся:

— Что, уже не так уверены в том, что меня можно вылечить?

Я не стала ничего отвечать, просто подошла и стала направлять магию. От пациентов я уже знала, что воздействие моей магии всегда приносит облегчение, какой бы ни была рана или болезнь, но вливание моей магии было всегда приятно. Я залечила две самые большие и неприятные раны.