Книга Назад дороги нет! Или графиня в изгнании, страница 13 – Резеда Ширкунова

— Я пришел по просьбе тира Гупана. Он лично обратился ко мне. Не знаю, что вы там ему посулили, или он на добровольческих началах решил взять вас под свою защиту. Это первый случай в моей практике, когда он за кого-то взял ответственность и использовал вето.

— Могу предположить только одно, что вид избитой изуродованной женщины не оставил его равнодушным. Но, кроме этого, его возмутило отношение супруга, не желавшего разводиться со мной из-за проснувшейся сильной магии и морившего меня и дочь голодом.

— Он сам вам сказал о магии? — удивился мужчина, и взгляд его изменился.

Он продолжал смотреть на меня, но его взгляд больше напоминал отрешённость, словно он ушел в себя.

— Да, а я и не заметил, когда вошел сюда. Даже у вашего брата магии меньше, чем у вас, хотя магические каналы подверглись иссушению. Вот я и нашел ответ, почему лекарь так поступил. Женщину, которую он любил, муж иссушил таким же образом, как пытались вас. Но это не наше дело, и говорить за спиной об этом не делает нам чести.

— Вы расскажете, что ждет моего брата?

— Не сегодня, пока идет следствие. Кто-то может подтвердить, что вы не желали смерти своему супругу?

— В комнате была нянечка.

— Тира, вы подтверждаете слова хозяйки и готовы, если потребуется, пройти ментальное сканирование? — поинтересовался он у Манилы.

— Да, подтверждаю и готова.

— Спасибо, больше мне ничего не надо. Осталось последнее. Я прошу простить моего подчиненного тира Хамона за его неподобающее поведение. Он перешёл все границы дозволенного и решил самостоятельно отправить вас в казематы, хотя такого распоряжения не давалось.

Татьяна (Анна)

Два последних дня пролетели незаметно. Я старалась все свободное время посвятить изучению мира Локдус, а его у меня было более чем достаточно. Вставать я начала только на следующий день. Было неудобно ходить в туалет на специальную подстилку, хотя она и впитывала все экскременты. Её мне дал садовник, при этом сильно краснея, он старался не смотреть в мою сторону. Даже Манила не знала, что, отправившись за продуктами, он зайдёт в лавку лекаря и купит такой нужный предмет для лежачих больных. После ухода тира Гупана, он выдал мне коричневого цвета ткань, больше похожую на высохший лист.

— Я вот это… подумал… у меня отец лежал… мама всегда использовала лист стоколи… — после этих слов он протянул мне ткань и, раскрасневшись еще сильнее, вылетел из спальни.

Увидев, расширенные от удивления глаза няни, я совсем растерялась.

— А ведь Ван молодец, я привыкла сажать вас на горшок после очередных избиений мужа, но даже не подумала о стоколе.

Она на мой немой вопрос рассказала, для чего применяется этот лист.

— Действует он неделю (к слову, неделя — это десять дней, а дней в месяце — сорок), потом надо менять. Сейчас он коричневого цвета и после каждого использования будет светлеть, пока не станет светло-желтым.

Теперь стало понятно, этот лист заменяет в этом мире обычные памперсы, но намного лучше по своим свойствам. С историей мира я ознакомилась, набралась информации, но вот книги о магии в этом доме отсутствовали, точнее, в них не нуждались. Дар бывшего мужа был настолько мал, что его не хватало ни на что.

На третий день в гости пришли тир Гупан и тир Хамон. У последнего лицо было такое, словно он готовился прибить меня на месте, но лишь кривил губы. Сквозь зубы попросил прощения, но я-то уверена, что этому способствовал лир Травье. Извинения, принесенные под давлением, ни к чему хорошему не приводили.