Книга Мужья для боевой попаданки, страница 90 – Таруна Поддубная

Веки мои стали свинцовыми, а мысли превратились в вязкую, медленно текущую кашу. Кто-то говорил что-то рядом, я слышала обрывки фраз: «…держались до последнего…», «…дракон пал…», «…завтра нужно идти на восток…» «тут были адепты Ордена».

Я кивала, но слова не приобретали смысл. В голове мелькали только обрывки картинок: ясный взгляд эльфа, грубая кожа орка под моими пальцами, как тихо угасал в его глазах страх, когда повязка была наложена. Я клевала носом, время от времени резко вздрагивая и пытаясь выпрямиться. Мир уплывал, растворялся в трепете огня и гуле усталости в моих висках. Последнее, что я ощутила, прежде чем сознание полностью погрузилось во тьму, было тепло плеча, на которое в итоге склонилась моя голова, и далекое, почти успокаивающее бормотание чужих голосов, споривших у костра о завтрашнем дне.

Холодный, непривычный свет пробивался сквозь тяжелое, грубое одеяло, окутывавшее меня с головой. Я попыталась пошевелиться, но почувствовала тяжесть двух тел по бокам. Интересно, а если бы у меня было трое мужчин - то я проснулась бы с кем-то, лежащим поверх меня? Пронеслась очень странная мысль спросонья.

Постепенно мое зрение сфокусировалось, и сердце замерло. С обеих сторон, прижимаясь так плотно, что я ощущала тепло их тел сквозь ткань одеяла, спали Хашим и Азрот. Их лица, обращенные ко мне, были спокойны во сне, но каждая черта выдавала усталость. Темные круги под глазами, легкие морщинки у губ, напряженные скулы – они словно высечены из камня, измученного битвой. Как же я тогда выглядела, раз они были в таком виде?

Чувство облегчения, что они живы, смешалось с какой-то странной, незнакомой нежностью. Я хотела осторожно отстраниться, чтобы не нарушить их покой, как вдруг резкий, холод пронзил воздух. Тень. Она упала на меня сверху, резкая, как удар, заставляя вздрогнуть. Мое тело напряглось, инстинкт самосохранения взвыл. Я резко повернула голову, ожидая увидеть врага, новую угрозу.

Но это был не враг...

Надо мной, склонившись, стоял воин. Его золотые доспехи тускло блестели в рассветных лучах, но сейчас они казались лишь отблеском его внутренней силы.

— Надо менять стоянку лагеря. Если они уже напали, нападут и еще раз. Да и после них наша магия очень плохо работает, и вновь создать защитный контур не получится, - проговорил он, его голос был низким, ровным, лишенным всяких эмоций, вот его я точно не хотела бы видеть с утра.

— И тебе, дракон, доброе утро! - мои слова прозвучали гораздо резче, чем я хотела, выдавая всю мою усталость и раздражение.

Он поднял голову, и я впервые по-настоящему увидела его. Его лицо было скрыто шлемом, но я чувствовала его взгляд. Потом он чуть приподнял забрало, и мир вокруг меня словно замер.

— Среди сражений как-то забываешь о манерах. Да и как-то раньше не было возможности представиться. Меня зовут Элларион Валлентэйн, - произнес он.

И только сейчас, когда он снял шлем, я увидела его лицо.

Это был облик, который не забывается

. Светлые, пшенично-золотистого цвета волосы ниспадали мягкими волнами, обрамляя высокий лоб и тонкие, но четко очерченные брови. Глаза – глубокого, серо-голубого цвета, словно два осколка зимнего неба, смотрели с удивительной ясностью, в них читалась мудрость и какая-то безмерная грусть. Нос был прямой, с легкой горбинкой, а губы – полные, с изящным изгибом, сейчас чуть сжатые.