Книга Проклятье жрецов Египта, страница 53 – Таруна Поддубная

Я слушала, не в силах пошевелиться. Образ кровавой бойни, оживший в его памяти, теперь будто оживал в моем воображении, он был настолько реален, что я почувствовала холодный пот на своем лбу.

— Камень, казалось, именно этого и ждал, — прошептал старик. — Печать на нем засветилась. Печать, оставленная забытыми богами древних. Земля задрожала. С неба стали падать птицы, словно пораженные невидимой чумой. Поднялся ураганный ветер, сметая все на своем пути. Люди бежали в ужасе. Но тогда, когда казалось, что миру пришел конец, один из династии Фатимидов… он принес себя в жертву над этим камнем, окропив его своей кровью. И всё прекратилось.

Я посмотрела на Дикаста. Его лицо было непроницаемым, но я видела, как напряглись его челюсти.

— И с тех пор, — закончил старик, — было решено, что этот камень должен остаться здесь. В стенах мечети. Чтобы его зло больше никогда не вырвалось на свободу. Чтобы его тайна осталась погребенной под этими священными сводами. Под защитой Аллаха, навсегда.

Тишина повисла в воздухе, тяжелая, пропитанная веками боли и страха. Я перевела взгляд со старика на камень. Символ, который я видела на мумиях, теперь казался мне не просто загадкой, а печатью, сдерживающей древнее зло. И я, почувствовала, как между моей душой и этим камнем, между моим сердцем и его древними тайнами, пролегла невидимая, но прочная нить. Нить, которая, как мне показалось, связала меня с чем-то гораздо большим, чем я могла себе представить. И этот взгляд, что преследовал меня — не просто так преследовал только меня. Съездили отдохнуть и развеяться, называется…

Выходя из мечети, обсуждая с Дикастом только что услышанную информацию, которую мы ну никак не могли ожидать тут услышать, я и представить не могла, что меня ожидало. Не успела я договорить, как из-за угла выскочили Саша, Ингвар и Сергей.

В мгновение ока Саша подхватил меня на руки и, словно упавшую куклу, начал кружить, осматривая с ног до головы на предмет повреждений. Я не успела даже пикнуть, как он, убедившись, что я цела, прижал меня к себе так крепко, словно боялся потерять. Его сердце колотилось, как бешеное, я чувствовала жар его тела, а в нос ударил уже такой любимый запах его кожи. Краем глаза я заметила, как взволнованно на меня смотрели Ингвар и Сергей. Дикаст же, как всегда, стоял в стороне, словно наблюдая за представлением.

— Что случилось? Что вы тут делаете? — наконец выдохнула я, пытаясь вырваться из медвежьих объятий. Саша молчал, только нервно вдыхал запах моих волос, будто пытаясь убедиться, что я — настоящая.

Ингвар, его лицо было бледным, а глаза горели тревогой, ответил вместо Саши:

— Когда мы взбирались на очередной бархан, Саша вдруг почувствовал, что с тобой что-то случилось, ваша связь будто была разорвана. Как и между мной и тобой, — пояснил Ингвар, проигнорировав испепеляющий взгляд Саши. — Он, бросив все и не слушая меня, рванул к машине. И плевать он хотел на приказы и все остальное. Как сумасшедший рванул сюда, мы даже дозвониться не могли до вас. Сработала эта наша связь, с главой сектора, и ваша — истинной пары оборотня. Уже на пути в сектор Анубиса мы вновь почувствовали тебя, что ты жива. Но к тому моменту мы уже точно на половину поседели. И то, когда я понял, что вы живы и находитесь в районе Каира, уже, наверное, думал о самом страшном. На медведь говорит — въехал бы в город так, что тут бы камня на камне не осталось. Но сама понимаешь, я большинство его слов не могу произнести вслух. Воспитание не позволяет.