Книга Правда без лицензии, страница 183 – Ксения Кирина

— А вот с ситуайеном Труффари стала бы, Правда?

— Наверное… что вы хотите сказать?

Круадевер вздохнул.

— Подозреваю, ситуайена Грандин, что Труф Леларрон и ситуайен Труффари — один и тот же человек.

— Что?! — заорал Рэм. Бьен, хотя и сама была поражена, зашикала на него, и он уже тише выпалил: — Как такое вообще возможно? Этот хлыщ окрутил нашу бабулю?! Как она на него клюнула?!

— Он надевал личину, — прошептала Бьен.

— Вряд ли. Он носил своё собственное лицо, просто всего лишь состаренное, и изображал в Обществе эксцентричного иностранца. Он нарочно кривлялся, и потому его ни разу не подловили на не-Правдивости. Многие талантливые актёры ухитряются оставаться Правдивыми даже во время спектакля.

— Похоже на Правду… Но как объяснить её бабушке?

— Ваша бабушка, ситуайена Грандин, верит вам больше, чем какому-то проходимцу. И она предупреждена об опасности ведения переписки.

— А кто такой «М.А.»? — чуть поостынув, спросил Рэм.

— Очень хороший вопрос. Полагаю, ситуайен Грандин, у вашей сестры есть ответ.

Даже три: Бьен знала трёх женщин, имена и фамилии которых соответствовали этим буквам.

Первую версию (и первую женщину) Бьен проверила сразу же по возвращении домой:

— Скажи, пожалуйста, кому ты оставила эту записку? — спросила она, зайдя в свою комнату.

— Какую? — Медея взяла клочок бумаги. — Эту? Первый раз её вижу. И почерк не мой.

Правда.

Бьен перевела дух.

— А кто это может быть?

— У-у… Спроси что попроще, — Медея ещё раз пробежала глазами предложение. — Кто-то, кто Тортуоз или тесно общается с ними. И человек непростой, раз что-то приказывает кому-то, кто приказывает Бесштанному. Но с такими инициалами в верхушке Тортуозов только я, если меня можно к ней отнести.

Эти слова успокоили Бьен — она волей-неволей думала о Марте и Мелиссе Ажитэ, но они были вхожи в Общество, которое с Кругами (и Тортуозами) шло вразрез…

— Ты уже закончила работу на сегодня? — поинтересовалась Медея. — Даже если нет, сегодня пятница. Иди, запирай кабинет и возвращайся, без твоего участия в «бальных заморочках» не обойтись! С моим нарядом дело почти решено, все силы отдаём твоему!

Выяснилось, что Конрад выслал жене некоторые её вещи анонимно на адрес Подстрочника. Объёмистая коробка прибыла тем же вечером: Тьяго с Рэмом внесли её в квартиру Грандинов, после чего Подстрочник, приняв изъявления благодарности, удалился — его ждал еженедельный вечер чтения клуба любителей поэзии.

Посылку вскрывали Бьен и Рэм — с предельной осторожностью, держа наготове серебряный нож, соль и талисман. Всё обошлось благополучно, без силуэтов и оголодавших л’утэ.

Когда Медея извлекла из коробки одно из платьев, вечернее, насыщенно-вишнёвого цвета, с вырезом на спине, все дружно согласились, что оно прекрасно подходит и в качестве бального. Осталось только купить к нему подходящие туфли и маску.

Зато бурные споры насчёт фасона наряда Бьен продолжались вплоть до субботнего обеда. Медея, судя по всему, вознамерилась хотя бы на несколько часов превратить веритарчессу в обольстительницу. Мадам Катрина это начинание поддержала. Сопротивление Бьен некоторым деталям не принималось в расчёт.

— Не в пол, потому что бал — это всегда танцы, нужна свобода движений. И не совсем уж укороченное, поскольку туфли на каблуках.