Книга Правда без лицензии, страница 166 – Ксения Кирина

— Рада слышать. Что ж, предлагаю выразить благодарность ситуайену Рузэ и более не злоупотреблять его гостеприимством. Пройдёмте.

Тьяго подбадривающе кивнул Бьен.

Круадеверу она ничего не сказала, но он самовольно последовал за ней, за что девушка была ему благодарна — как бы ей ни хотелось сохранить содержание разговора с Конрадом в тайне, оставаться с главой Тортуозов наедине она опасалась.

Не представленный бритоголовый остался в лавке.

Нежданный (и не очень-то желанный) посетитель расположился в кресле почти одновременно с приглашением Бьен присаживаться. Круадевер, ввиду отсутствия Рэма, занял его место — опёрся спиной об оконную раму, сложив руки на груди.

— Прежде чем мы начнём разговор, хочу предупредить вас о соблюдении веритарчерской этики, — Бьен приготовила лист бумаги и карандаш. — Итак. Чем могу вам помочь, ситуайен Альфир?

— Да, только вы можете мне помочь в этом деле, — отозвался Конрад. — Вам известно, кто я, а мне известно, кто вы, — двусмысленно заметил он, ничего не поясняя. — Но речь не о том. Ваша помощь требуется в семейных делах. Видите ли, по соседству с вами работают рекламщицы, которых я нанял. Собираюсь послезавтра открывать новую сеть овощных лавок… но вы это знаете. Так вот, рекламщицы заметили, что к вам приходила вот эта дама, — Конрад достал из внутреннего кармана пиджака и положил на стол уже знакомую Бьен обрезанную фотографию Медеи. — Это так?

— Да. И, как вы понимаете, ни на один вопрос о ней я не отвечу, — сказала веритарчесса.

— То, что она — моя жена, ничего не меняет? — Конрад внимательно наблюдал за ней. Как будто ждал, что она уличит его в не-Правдивости.

Напрасно: то, что он назвал Медею своей женой, было Правдой. Как и всё остальное, сказанное им.

— Совершенно ничего, — Бьен хотела добавить, что Медея первой обратилась к ним за помощью и потому по Правде обладает привилегией первоочерёдности, но прикусила язык.

Она не знала, является ли Конрад Альфир Правидцем, однако на слове он поймать мог. И умел, судя по всему.

В некотором смысле Круги и Общество не отличались от колдовства: в обращении и с теми, и с другим нужно было тщательно следить за каждым словом.

— Хм. Жаль. Зато я получил подтверждение тому, что она побывала здесь и вы ей помогли… или помогаете.

Бьен промолчала. Глупо было притворяться, что Медея ей не знакома, отпираться от общения с ней или пытаться направить Конрада Тортуоза по ложному пути.

Глупо — и опасно.

Зато Густав не стал отмалчиваться:

— Это, — он указал на фотографию, — говорит не в вашу пользу, ситуайен Альфир, поскольку ваши рекламщицы оказались ведьмами и занимались тем, что насаждали чертей на рекламных листовках, явно не с целью развлечь будущих покупателей. Мы с ситуайеной Грандин только чудом успели остановить распространение чертовщины по дому. А уж сколько листовок уже попало на улицы, знает только сама Правда. Что вы можете сказать по этому поводу?

— Только то, что такого приказа я девушкам не отдавал.

Коварная формулировка. Но один вывод из неё следовал точно: Конрад знал, что нанятые им работницы — не-Правдивые существа.

— Хотите сказать, они обратились к штамповке чертовщины по собственной воле? У них был печатный станок, настроенный колдовским образом.

— Вот как? — протянул Конрад. — Это многое объясняет. Их исчезновение в том числе. Они прислали мне короткую записку с сообщением, что их не-Правдивость раскрыта, и словно испарились…