Книга Бедовая помощница в академии драконов, страница 145 – Анастасия Милованова

Эфи, всё ещё всхлипывая от смеха, кивает и поднимается. Я замечаю, как между этими двумя медленно восстанавливается связь. Эфи что-то тихо говорит Ноктурне, а та в ответ улыбается. И эта улыбка смягчает острые черты библиотекаря, зажигает свет в её глазах. И Эфи, и Ноктурне предстоит многое обсудить, а значит, им необходимо это время наедине.

Как только они выходят в общее помещение библиотеки, я перевожу взгляд на Стиксию. Та уже устраивается на освободившемся стуле и с любопытством разглядывает паука-парикмахера, который робко протягивает к ней одну из лапок-расчёсок.

— Ну что, — тихо начинаю я. — Теперь ты всё знаешь. Что будешь делать?

Стиксия отвечает не сразу, и это, несомненно, нервирует. Погладив лапку паука, она поднимает на меня глаза, в которых больше нет намёка на иронию или веселье.

— Я уже сказала, что не собираюсь тебя сдавать. И это не пустые слова. Во-первых, я и сама с редким даром, хоть и не таким экзотичным, как твой. Дар общих стихий. И я прекрасно понимаю, что значит быть вещью. Моя семья уже потирает руки, подыскивая мне «выгодного» жениха, которому мой талант может пригодиться. Для высших родов я, конечно, слишком низкого происхождения, но вот тем, кто ниже, меня можно «продать» подороже. — Хоть Стиксия и выглядит так, будто говорит о чём-то обыденном, в голосе её слышится горечь. — Так что я прекрасно понимаю, в каком ты положении.

Кривая ухмылка, коснувшаяся губ Стиксии, находит отклик в моей душе. Да, пожалуй, ситуация у нас схожая, но артефактор ещё не всё сказала.

— А во-вторых? — подсказываю я, когда пауза затягивается.

— А во-вторых… — Она снова опускает взгляд на паучка, который так и вьётся вокруг неё. — А во-вторых… — Стиксия бьёт ладонями по столу и, поднявшись, решительно подходит ко мне. — Я не собираюсь сейчас расстилаться перед тобой, лебезить и заверять в вечной дружбе. Потому что все эти клятвы — просто слова. Я докажу свои намерения действиями.

— Это как? — несколько ошарашенно уточняю я.

— Начну с того, что разыщу тех бытовичек-взломщиц. Ко мне приходили всего две девицы, но они постоянно бегали к кому-то советоваться. Вот Никс как раз и должен был разведать, кто ещё замешан в деле. Найдём гадин, а там будешь решать, насколько мне можно доверять.

— Да я как бы уже самую страшную тайну тебе доверила, — криво ухмыльнувшись, отвечаю я.

— И я это очень ценю. Знаешь, в «Ресталии» много богачей, но мало у кого за душой есть настоящее богатство — друзья. Большинство местных студентов дружат, — Стиксия неприязненно кривится, — пока это выгодно. А я так не хочу.

Я киваю, прекрасно понимая и поддерживая мнение артефактора. Об этом же мне говорили и родители, и старая лотта Аделис. Счастье в жизни не в деньгах, а в деле, которым ты занимаешься, в людях, что окружают тебя. Будет это — будут и деньги, и душевный комфорт.

— Знаешь… — начинаю я, желая закруглить разговор и пойти проведать Эфи с Ноктурной, но меня прерывает чей-то тонкий писк.

Даже не писк, а хныканье.

— Что это? — Стиксия, округлив глаза, оглядывается.

Замолкнув, мы в удивлении осматриваемся и натыкаемся на осуждающий взгляд Чика. Ворон сидит, нахохлившись и укрывая крыльями паучка, который и издаёт тревожный звук. Будто плачется Чику, но при этом не забывает плести косички из перьев на грудке ворона.