Книга Сложности любви чешуйчатых гадов-2. Любовь для Палача, страница 141 – Мария Вельская

— Ааа-а! Язык убери! Только без языка! Тьфу! — Увернулась я от слюнявой драконьей нежности.

— Красавец ты, красавец, но... — разумная женщина впала в спячку, — зараза чешуйчатая! Лапы в руки — и вернул мне Моршерра! Взрослый дракон уже, стыдно должно быть так себя вести!

Взрослый дракон что-то прожурчал на своём, лично-драконьем, собственническом. И попытался пригрести меня когтем поближе.

Мол, как это ты против, женщина? Люби меня, гладь меня, чеши меня, наслаждайся моим обществом! Зачем тебе ещё чье-то? Нам в гнезде и так хорошо!

Но тьма исходила от зверя. Тьма наполняла крылья. Тьма заставила траву под нашими ногами почернеть.

Истошно завопили в кронах птицы.

Одна из феечек упала в обморок — и теперь товарки волокли её под руки наверх, то и дело срываясь на гневные вопли.

Тьма была неправильной. Злой. Скупой. Лишённой и проблеска света.

Драконья пасть распахнулась. Я сглотнула, глядя на раззявленную бездну с острыми зубками с меня размером.

Если бы я была все той же бесполезной фейской куклой. Если бы я не увидела настоящего Моршерра Декерет. Если бы...

Я сглотнула. Ладони вспотели. Липкий холодок лизнул шею. Волосы сбились в воронье гнездо. Мягко пульсировало кольцо рода Шаан'Соэн. Тьма пела в моих венах, но она мне была не помощницей. Слабый энергат никогда не заставит повиноваться более сильного.

А вот магия души, что досталась мне от амианта Тария... Магия — и сила леса.

Она была разлита вокруг и пела для меня. Она была моим шансом.

Помочь. Дозваться. Спасти. Не допустить непоправимого.

Я облизала сухие губы.

Дракон сбил небрежно хвостом невысокое деревце. Из чащи послышался рёв. Кто-то был недоволен вырубкой леса. Но местные Палачу не соперники.

Когти снова попытались меня схватить — но поздно.

Я уже карабкалась наверх по хвосту, чтобы добраться до чувствительных крыльев и холки. Дракон нервничал.

Любого другого он бы уже сбросил.

Любого. Но не меня.

— Мор, я только что решила, что мы женимся, — радостно пропыхтела я, заползая величественному ящеру на спину, — да что ж ты такой огромный, а? Давай обойдёмся без сопливых признаний, — ворчала, пока ящер крутился и, кажется, хотел подцепить меня тем самым хвостом.

— Мор, не смей плеваться огнём, мы в лесу! — Мой голос зазвенел едва слышно, переливаясь.

Тьмы становилось всё больше. Моршерр тянул энергию из мира. Выцветала дивная поляна, с писком и визгом исчезли феечки, прыснули из дальних высоких кустов с синими листьями полосатые зверьки.

Проклятье, что же делать?

Я слишком стара, чтобы верить в поцелуи любви. Поцелуй магии — это совсем дру...

Мои пальцы соскользнули с драконьей шеи. Сердце сделало кульбит. Мир пронесся перед глазами.

Нет, это не конец. Это пустяк. Для фейри.

Я уже собиралась замедлить падение, присмотрела себе чудесную толстую ветку, чтобы вцепиться когтями, как...

— Льяа-ннэ...

Меня поймали. Руки. Крепкие мужские руки. Белая кожа. Черные растрёпанные волосы. Мор обнажен. Я отчётливо это ощутила.

Запах. Знакомый прохладный аромат тьмы, магии, свежего воздуха и искр огня.

Он заставил на миг расслабиться.

Ровно до тех пор, пока я не распахнула глаза. И не столкнулась с черным, безумным, жаждуще-голодным взглядом.

— Моршерр! — Горло сдавил вскрик.

Не Мориан. Уж точно не Мориан.