Книга След пророчества, страница 83 – Людмила Закалюжная

Я не помню, как моя рука поднялась и со всей силы ударила его по щеке. Звук получился глухим, но оглушительным в тишине комнаты. Эрих отшатнулся, на его скуле проступил багровый след. В его глазах вспыхнула не просто ярость — что-то дикое, первобытное, долго сдерживаемое.

Он не схватил меня за руку. Он не оттолкнул. Вместо этого его руки впились в мои плечи, грубо притягивая меня к себе. Его дыхание, сбитое и горячее, обожгло мою кожу. В его взгляде не было ни капли прежней холодности — только та же самая животная ярость и боль, что пылали во мне.

— Ты думаешь, это легко для меня? — голос барона был низким, прорывающимся сквозь стиснутые зубы. — Держать тебя здесь, в двух шагах, и знать, что одно неверное движение, одна мгновение слабости — и я все разрушу?

Я попыталась вырваться, но его хватка была стальной.

— Ты разрушил все, когда появился в моей жизни! — выкрикнула я, и слезы наконец хлынули из глаз, смешиваясь с яростью. — Я ненавижу тебя!

Ложь. Мы оба знали, что это ложь. И в этом огне, в этой боли, наши лица были так близко, что дыхание смешалось. Это не было соблазном. Это было сражение, кульминация всего страха и гнева. Мои губы в миллиметрах от его губ, мое тело прижато к его телу, дрожащее от рыданий и невысказанного желания. Эрих смотрел на меня, и в его глазах бушевала буря, борьба, и я видела, как он почти, почти сдается, наклоняясь…

Но вместо поцелуя он резко отстранился, оттолкнув меня. Барон тяжело дышал, отвернувшись, будто не в силах смотреть на меня.

— Не сейчас, — хриплым голосом произнес он — Не здесь. Вернусь с новостями.

И вышел, захлопнув дверь. Я осталась одна, вся дрожа, с губами, которые все еще жгло от его дыхания, и с сердцем, разорванным на части, в тишине чужого дома. Рядом с женщиной, которая ненавидела меня всей душой. С мыслью об отце, который был так близко и так далеко.

Я подошла к окну и раздвинула тяжелый бархат портьер. Внизу лежал просыпающийся город. И я внезапно подумала о завтрашней встрече с братом Агнешки. «Дождусь Эриха и покину его дом». Время играло против меня. Необходимо было торопиться — спасти агентов и выкрасть артефакт.

Время тянулось невозможно долго. Мое терпение подходило к концу, и я готова была покинуть дом Эриха в чем угодно. Даже в его рубашке и босиком. Спрячусь под магией искателя — и никто меня не заметит. Тонкие серебряные нити окутают меня невидимым покровом, растворяя в воздухе так, что даже зоркий взгляд вещателей Вольтбрандта не распознает моего присутствия.

Надо отдать должное: баронесса больше нагло не врывалась в комнату. Вместо нее пришла служанка — скромная девушка с застенчивым взглядом и аккуратно заплетенными косами. Она принесла обед и женскую одежду.

— Хозяин велел вам передать… — щеки девушки окрасились в алый цвет от смущения. Ее голос звучал тихо, будто она боялась нарушить покой дома. — Это мое… все чистое.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я служанку, с аппетитом уминая куриный суп с лапшой. Пар от супа поднимался тонкими струйками, наполняя комнату уютным ароматом. — Он не говорил, когда вернется?

— Нет, что вы, фройляйн, — девушка несмело улыбнулась, и ее глаза засветились робким светом. — О таком нам хозяева не докладывают.

Она вышла, оставив меня наедине со стопкой простенькой, но чистой одежды: ситцевое платье с неброским цветочным узором и нижнее белье. Ничего общего с шелковым облачением, в котором я явилась на бал. Оно теперь казалось частью далекого, почти забытого мира. «Идеально, чтобы затеряться в толпе», — с горькой усмешкой подумала я, оглядывая скромные вещи.