Книга Отвергнутая целительница. Ошибка драконьего лорда, страница 88 – Ангелина Сантос

Даже теперь, когда имел право на куда больше, он никогда не брал прикосновение как должное. Иногда это трогало сильнее любых клятв.

Наш ребенок шевельнулся.

Легко, почти лениво.

Рейнар замер.

Совершенно.

Лорд Черного Пламени, генерал драконьей армии, мужчина, перед которым еще недавно бледнели советники, застыл от маленького толчка под ладонью.

— Видите? — сказала я. — Спокойный.

— Умный, — прошептал он.

— Или умная.

— Или умная, — согласился он сразу.

Я повернула голову и посмотрела на него.

— Слишком быстро сдались.

— Я учусь не спорить с ректором Академии, беременной женой и нашей дочерью одновременно.

— Очень мудро.

— Я стараюсь.

Он действительно старался.

Каждый день.

Не громкими словами. Не красивыми жестами перед свидетелями. А мелочами, которые сначала казались мне подозрительными, потом непривычными, потом стали частью жизни.

Рейнар больше не решал за меня.

Советовал — да. Спорил — часто. Злился — еще как. Но останавливался, когда видел, что снова пытается взять власть вместо разговора. Иногда сам. Иногда после моего взгляда. Иногда после Бертиного кашля за спиной, потому что Берта переехала в столицу вместе с Академией и теперь считала своей святой обязанностью воспитывать не только студентов, но и драконьего лорда.

Она называла это «служением обществу».

Рейнар называл ее «главной угрозой клана Черного Пламени».

Берта этим гордилась.

— Ты устала, — сказал он.

— Я стою у окна.

— Ты стоишь у окна слишком прямо. Значит, спина болит.

Я хотела возразить.

Потом передумала.

— Немного.

Он тут же пододвинул кресло.

— Сядь.

Я подняла бровь.

— Приказ?

Он замер.

Потом медленно улыбнулся.

— Мольба мужа, который хочет дожить до рождения ребенка и не получить от Берты тростью по коленям.

— Лучше.

Я села.

Рейнар опустился рядом на одно колено, как делал каждый раз, когда хотел быть со мной на одном уровне, а не нависать сверху. Сначала меня это злило. Казалось слишком нарочитым, слишком покаянным. Потом я поняла: он не играет. Он переучивает себя. Свое тело, свои привычки, свою власть.

И мне хватило честности признать: это много.

Не все.

Но много.

— Через час заседание, — сказала я. — Вам нужно быть во дворце.

— Нам.

— Мне нужно быть в Академии. У меня лекция по восстановлению магических каналов после боевого истощения.

— А потом Совет.

— После лекции.

— Ты обещала не перегружаться.

— Я обещала не проводить операции стоя по шесть часов и не ругаться с тремя министрами в один день. Сегодня министров только двое.

Рейнар посмотрел строго.

Получалось у него плохо, потому что ладонь все еще лежала у меня на животе.

— Адель.

— Рейнар.

Мы смотрели друг на друга.

Потом он вздохнул первым.

— Один министр.

— Два, но со стулом.

— И Каэл рядом.

— Каэл теперь начальник дворцовой безопасности, а не моя нянька.

— Он совмещает.

— Я его уволю.

— Он не у тебя служит.

— Я поговорю с его женой.

Рейнар помрачнел.

— Это жестоко.

Каэл женился на Лине три месяца назад.

Тихо, без лишней торжественности, хотя Берта пыталась устроить пир на двести человек и заставить всех драконов Черного Пламени танцевать с поварихами. Лина стала старшей помощницей в Академии, больше не бледнела при виде крови и умела одним взглядом заставить молодых целителей мыть инструменты повторно.

Каэл, герой нескольких битв, боялся ее грязных замечаний больше, чем вражеских клинков.