Книга Ненужная запасная жена драконьего канцлера, страница 18 – Юлий Люцифер

Гонец побледнел еще сильнее.

— Она просила передать: “Я вернулась туда, где меня должны были ждать”.

Леди Аурика закрыла лицо платком.

В зале стало так тихо, что я услышала, как потрескивает полено в камине.

Где меня должны были ждать.

Не “я жива”.

Не “спасите”.

Не “сообщите родным”.

Именно это.

Я почувствовала, как все взгляды, даже не направленные на меня, все равно оказались возле моего лица. Как я приму? Побледнею? Отведу глаза? Скажу что-нибудь лишнее?

Я сделала то, что три года делала лучше всего.

Выбрала полезное.

— Ее нужно разместить не в главном крыле, — сказала я. — Если она действительно была в плену, ей понадобится покой, лекарь и защита от придворных. Южные гостевые покои подойдут лучше. Там есть отдельный ход для лекарей и внутренняя купальня.

Леди Аурика медленно опустила платок.

— Южные? Но Виверна всегда жила в восточных покоях.

В моих.

Я посмотрела на нее спокойно.

— Восточные сейчас заняты.

Она моргнула.

Драммонт чуть склонил голову, будто скрывал улыбку.

Эйран сказал:

— Южные покои подойдут.

Леди Аурика сжала платок.

— Конечно. Здоровье моей племянницы важнее воспоминаний.

Воспоминаний.

Какое изящное слово для чужой спальни.

Я повернулась к Эйрану.

— Нужно будет ограничить доступ. Род Сольвейн, лекарь, представитель храма и ваша стража. Без лишних дам, которые захотят увидеть чудо.

— Согласен.

— Проверку крови должен проводить не мастер Драммонта.

Орис поднял брови.

— У вас есть основания не доверять моим людям, госпожа?

Да.

Северная башня. Открытое окно. Архивный допуск. Ожог на моей руке. Но вслух я сказала другое:

— Проверка крови Виверны Сольвейн касается брачного статуса драконьего канцлера. Чтобы избежать слухов, лучше поручить ее храму Семигорья. Настоятельница Шаэль не принадлежит ни вашему ведомству, ни роду Сольвейн, ни дому Тальгардов.

Драммонт улыбнулся шире.

— Ваша осторожность достойна уважения.

— Я рада, что вы ее оценили.

Эйран посмотрел на меня. В этот раз дольше.

— Я распоряжусь.

Леди Аурика вдруг поднялась.

— Эйран, мальчик мой, я понимаю осторожность, но Виверна пережила ужасные годы. Ей понадобится не только лекарь. Ей понадобится дом. Знакомые лица. Ее вещи, ее комнаты...

Я поняла, к чему она ведет, еще до того, как она закончила.

— Ее покои были сохранены? — спросила она мягко.

Не у Эйрана.

У меня.

Я выдержала паузу.

В моей комнате стояли ее лилии. В шкафах до сих пор находились ленты с гербом Сольвейн, если искать достаточно глубоко. Некоторые подушки, наверное, выбирала она. Некоторые служанки помнили, как примеряли к окнам ткань под ее вкус.

Сохранились ли ее покои?

Да.

Просто три года в них пыталась жить я.

— Все, что принадлежало госпоже Сольвейн, хранится в восточном архиве дома, — ответила я. — Управляющий выдаст вам список.

Леди Аурика поджала губы.

— Я говорила не о вещах.

— Тогда уточните, о чем.

В ее глазах мелькнуло раздражение. Маленькое, быстро спрятанное.

— О месте, которое она занимала.

Вот оно.

Наконец прямо.

Эйран резко сказал:

— Леди Аурика.

Она повернулась к нему, сразу смягчившись.

— Я понимаю, сейчас не время. Простите. Мое сердце говорит быстрее разума.

Я почти восхитилась.

Сколько лет нужно провести при дворе, чтобы научиться вкладывать нож и тут же называть это сердцем?

— В таком случае разуму стоит дать ему отдохнуть, — сказала я.