Книга Ненужная запасная жена драконьего канцлера, страница 136 – Юлий Люцифер

Нужен был ход, который не вписывается в его простую схему.

— Выйдет Виверна, — сказала я.

В комнате разом стало шумно.

— Нет, — сказал Эмрис.

— Она не выдержит, — сказала Агата.

— Это опасно, — сказал Арден.

— Интересно, — сказал Тавин.

Виверна смотрела на меня.

Не испуганно.

Внимательно.

— Зачем?

— Потому что Драммонт пустил слух о носительнице. О запасной жене. О том, что город можно спасти, если взять мой дар. Но ты — доказательство, что он собирался использовать не только меня. Если выйду я, они увидят “решение”. Если выйдешь ты, они увидят жертву схемы.

— Они меня знают как вернувшуюся невесту.

— Тем лучше. Ты скажешь, что тебя тоже хотели сделать сосудом для чужого пламени. Не речь. Не обвинение. Просто факт. И покажешь печати.

Виверна посмотрела на свои запястья.

Там под рукавами были следы: тонкие серебристо-черные линии от удерживающих печатей.

— Толпа любит простые ответы, — сказала она.

— Дай им простой вопрос: если сегодня заберут мой дар, завтра чью дочь заберут вместо меня?

Она молчала.

Агата покачала головой.

— Ей нельзя стоять долго.

Марта сказала:

— Посадим.

Все повернулись к ней.

— Что? На балконах есть кресла. Не обязательно умирать стоя ради убедительности.

Виверна вдруг рассмеялась.

Слабо, но по-настоящему.

— Я начинаю понимать, почему вы все еще живы при дворе.

— Я не при дворе. Я при здравом смысле.

Арден смотрел на меня с тем самым выражением, которое мне уже не нравилось: человек оценивает не просьбу, а пользу.

— Это может сработать.

— Поэтому она выйдет только при своих условиях, — сказала я.

Виверна подняла бровь.

— Моих?

— Да. Ты сама скажешь, что готова и что нельзя делать. Не я решаю за тебя.

Она отвела взгляд.

Несколько секунд изучала собственные руки.

— Хорошо. Я выйду. Сидя. Рядом с Агатой. Без Эмриса. Без Сольвейнов за спиной. И если мне станет плохо, меня унесут сразу, а не после красивой последней фразы.

— Разумно, — сказала Марта.

— Вы пойдете со мной, — добавила Виверна.

Марта удивилась.

— Я?

— Если я начну падать, вы не будете делать вид, что это часть выступления.

Марта посмотрела на меня. Потом на Виверну.

— Пойду.

Эмрис побледнел от ярости.

— Ты хочешь выйти к толпе с горничной вместо родного брата?

Виверна посмотрела на него очень спокойно.

— Да.

Вот это было жестоко.

И заслуженно.

Через десять минут мы были у малого балкона над внутренней площадью. Не главный парадный, где государь показывался народу в дни праздников. Меньше, ниже, ближе к людям. Снизу нас можно было увидеть, но не достать.

Виверну усадили в кресло. Агата встала рядом. Марта — с другой стороны. Арден сначала хотел выйти первым, но Виверна попросила:

— После меня. Иначе они будут слушать власть, а не женщину.

Он уступил.

Я осталась в тени за портьерой. Лисса рядом держала папку, готовая подать документ, если потребуется. Эйран стоял у стены, так далеко от выхода на балкон, как мог, чтобы башня не потянула его сильнее.

Внизу шум нарастал.

Когда двери балкона открылись, толпа сначала закричала громче. Потом увидела Виверну.

Шум стал другим.

Не тише сразу. Сбитым.

Ее знали.

Сольвейн. Вернувшаяся невеста. Красивая трагедия последних дней. Удобная сказка для тех, кто хотел вернуть старый порядок.

Теперь она сидела бледная, в простом храмовом платье, с открытыми запястьями, исписанными следами печатей.