Книга Невеста Стального принца, страница 62 – Валерия Чернованова

— Морс, а ты мне поможешь?

«Смотря в чем, сиротка».

— Понимаешь, — я замялась, — в обители много внимания уделяли религиозному воспитанию, ну и светскому, конечно, тоже. Но про хальдагов нам мало что рассказывали. И про Беспощадную охоту… Про наин опять же. Никто и подумать не мог, что я стану невестой его всемогущества, и теперь я боюсь выставить в глупом виде себя или герцога.

«Да, я бы тоже боялся на твоем месте».

— Еще и эта странная способность тебя слышать… Я из-за этого вся на нервах, пытаюсь искать ответы, но пока что-то в поисках не преуспела.

«Спроси у герцога».

Что я, смертница?

Обойдя припорошенную снегом клумбу, мы приземлились на скамейку. Вернее, приземлилась я, а пес уселся у моих ног, изображая красноглазого истукана.

— А давай лучше я спрошу у тебя. С тобой куда приятнее общаться, чем с твоим хозяином, — польстила ему, причем совершенно искренне. — Ты ведь его лучшая половина. Самая умная, самая красивая.

«Что есть, то есть», — согласился вейр.

И я, обрадованная его реакцией, решила, что теперь можно и почву прощупывать:

— Вот, например, вейры… Они могут принимать какое угодно обличье?

«Только животных. Создать человеческое существо с помощью крови и магии не под силу ни одному хальдагу, даже моему мальчику».

— А у твоего… мм… мальчика есть еще вейры? — спросила и замерла, надеясь на положительный ответ.

Должно быть, показалось, но после моего вопроса дог как будто скривился.

«Есть. Курица одна. Он столько сил в нее вбухал! Нецелесообразная трата ресурсов».

— Курица? — растерялась я.

А вот теперь он закатывал глаза.

«Гертруда. Он прилетал на ней, когда выкупал тебя у твоей родни».

— А, ты о том крылатом существе…

«Я же говорю, курица», — буркнул вейр.

— И ты с ней общаешься?

«Только в случае крайней необходимости или под давлением обстоятельств».

— Интересно, а я смогу поговорить с Гертрудой? — Кажется, у меня даже глаза от возбуждения заблестели. — Я сегодня пыталась пообщаться на кухне с мышью, но ничего не вышло. Мы с ней так друг друга и не поняли. И с кошкой пыталась. То же самое.

Дог громко фыркнул:

«Да на кой шерт она тебе сдалась?! — А потом ревниво добавил: — Тебе что, меня мало?»

Я от души почесала Морса за ухом.

— Мне тебя очень даже много, но я хочу понять, на что способна. Может статься, что Гертруду я не услышу, но, если не попробую, не успокоюсь. Где Мэдок ее держит? Где-нибудь поблизости? Проводишь? Ну, Морсик, пожалуйста. Мне очень-очень надо!

Некоторое время дог молчал, а потом нехотя, почти что недовольно сказал:

«Ладно, уговорила. Но, если что, я тебя предупредил. Гертруда та еще стерва. Худшая половина Мэда, уж поверь мне».

Путь к худшей половине герцога занял совсем немного времени. Обойдя дом, по широкой дороге, мощенной серым кирпичом, мы направились к конюшням. Две постройки внушительных размеров прятались среди деревьев. В одной конюшне, как сказал Морок, квартировали лошади, всю другую (вейрюшню?) занимала Гертруда.

Если честно, я немного нервничала. Морс тоже, когда хотел, мог быть устрашающим, но он маленький. Ну то есть конечно же не маленький, а очень даже большой, но птица-лев однозначно будет побольше. Даже из окна замка Адельвейнов она выглядела впечатляюще, а вот так, лицом к лицу, вернее, лицом к морде, уверена, будет вообще жутко.