Книга Охотники и чудовища, страница 56 – Валерия Чернованова

— Ну извините, что из-за меня ваше всемогущество лишили баллов!

Де Горт резко остановился и развернул меня к себе, тоже резко, поставив перед собой, как куклу.

— К шертам баллы, Филиппа! Ты ведешь себя неосмотрительно и можешь себе навредить.

— А сами-то! Или вам напомнить о том, как явились в королевскую спальню в ночь аморалии?

Меня наградили мрачным прищуром и отчеканили:

— Я не рискую без веской причины. Тебя нужно было спасти, Морока — нет. Вот к чему приводит твоя строптивость и попытки быть независимой.

Высказав все, что хотел сказать, хальдаг сбежал по ступеням на первый этаж. Мне тоже очень хотелось сбежать, не по ступеням, а в принципе. Но вместо этого пришлось шлепать за этим нравоучителем и целый час трястись с ним в карете, ощущая на себе тяжелый, пробирающий до самых костей взгляд герцога.

Остаток дня прошел откровенно паршиво. Точнее мне было откровенно паршиво, и даже вечер в библиотеке в поисках новой информации об иномирянах не улучшил настроения.

Ну и как мне теперь быть без Вертальда?

В общем, спать я ложилась злая на весь белый свет. Думала, долго не усну, но, как ни странно, быстро провалилась в тревожный сон. Из которого меня самым наглым образом забрали.

Встрепенулась, почувствовав скользящее прикосновение от шеи к груди, а затем жадно сжимающиеся на ней пальцы, и сонную хмарь в голове прогнал прокуренный голос непрошеного гостя:

— Я вернулся, моя конфетка!

Господи, да за что мне все это?!

— Скучала по мне? — мягким, текучим движением забираясь на кровать, хрипло прошептал чужой любовник.

Благо тьма в комнате стояла такая же, как и в прошлую нашу встречу, поэтому едва ли жеребчик мог разглядеть мое лицо. Ну, то есть совсем не мог. Но спокойнее я себя от этого не чувствовала. Тем более это животное парнокопытное продолжало распускать руки и активно меня щупать.

— Мм… а ты как будто округлилась. Грудь сочнее стала… Поправилась, моя сладенькая?

За «поправилась» ему сам бог велел двинуть ногой. Так я и сделала, потому что этот любитель глюкозы, если честно, имел все шансы довести меня до состояния монстра.

— Фили, конфетка, разве так встречают своего господина?

Кажется, хмырь обиделся.

А я разозлилась. Еще один господин? Вздернуть бы тебя на ближайшей люстре. Уверена, голова этого Росинанта неплохо бы смотрелась в обрамлении хрустальных висюлек.

— Ты напугал меня! — прошипела-прошептала, опасаясь повысить голос.

Во-первых, нас могли услышать, и, если его всемогущество застанет незнакомого мужика на своей наине, поди потом докажи, что невиноватая я, он сам на меня забрался. Тем более моя девичья репутация в глазах де Горта и без того основательно запятнана. Во-вторых — этот конь легко может понять по голосу, что его конфетка на самом деле не его конфетка, а чья-то чужая карамелька.

Привет мужу.

Про которого я, к слову, совсем забыла…

— Как ты сюда вообще попал? — и это тоже шепотом.

Жеребчик сел на кровати. Попробовал забраться рукой под одеяло, чтобы погладить мою лодыжку. За это я двинула его пяткой и яростно прошептала:

— Ты сейчас сам рискуешь и меня подставляешь!

— Честно, я не собирался к тебе пробираться, — покаялся мерзавец. — Но я так соскучился по своей сладенькой девочке.

Снова подался ко мне, но я категорично пресекла его наглые поползновения, уткнувшись все той же пяткой ему в грудь, таким образом намекая, чтобы сохранял дистанцию.