Книга Похищая жизни, страница 26 – Валерия Чернованова

Для Кеннинга это был всего лишь шанс. Один из тысячи. И ему плевать, что для меня расследование убийства Авроры значило нечто большее. К сожалению, единственной мыслью, которая посетила мой затуманенный элем разум, было вырубить его на короткое время.

— По-видимому, само провидение на моей стороне, иначе как объяснить, что в довесок к сотрясению мозга (хотя я до сих пор сомневаюсь, есть ли там чему сотрясаться) он получил и потерю памяти, а значит, не сможет в ближайшее время подать на меня жалобу, — я даже не заметил, как заговорил вслух.

— Надо сказать, какое-то злобное у тебя провидение и вконец беспринципное, — не преминула вставить Алексис.

В небольшой часовне на Сент-Эбби собрались только самые близкие друзья. Около тридцати человек, те, кто присутствовал на нашей помолвке. Стоило подумать о роковом вечере, как сердце в груди предательски екнуло. Захотелось тот час же вернуться в прошлое и придушить тварь, разрушившую мое счастье.

Я оглядел затуманенным взглядом храм. Словно в трансе направился к гробу, в котором, как принято говорить, покоилась моя любимая. Бережно дотронулся до холодной руки в надежде, что Аврора почувствует прикосновение моих пальцев и разомкнет веки. Даже подумалось, может, стоит ее поцеловать, и тогда она, как сказочная красавица, пробудится от своего вечного сна…

Что за несусветный бред лезет в голову! А может, я тихо схожу с ума…

В тот момент окончательно утвердился в мысли, что должен вернуть невесту любой ценой и только живой.

— Знакомое лицо. — Брук стояла рядом и беззастенчиво рассматривала Аврору, будто та была нарядной куклой, выставленной в витрине дорогого магазина, только почему-то в гробу.

— Уйди! — не скрывая раздражения, прошипел я.

Что-то недовольно пробормотав, Наблюдательница отодвинулась в сторону.

Ко мне приблизился Коул. Казалось, смерть Авроры унесла несколько лет его жизни. Мужчина был бледен, на лице застыла маска скорби, а виски посеребрила седина. Я попытался выдавить из себя слова соболезнования, но у меня это не получилось. Глаза Оуэна наполнились слезами.

Мужчина склонился над телом дочери и трепетно сжал ее руку.

— До сих пор не могу поверить, что это правда. Аврора умерла, а я не представляю, как жить дальше.

— Мы найдем убийцу. Обещаю. — Хотел добавить: «и вернем вашу дочь и мою невесту», но вовремя прикусил язык.

Коул достал из нагрудного кармана платок и принялся промокать им глаза. Наверное, нужно было сказать хоть что-нибудь ободряющее, попробовать его поддержать, но сейчас казалось, что любая фраза будет лишена смысла. Невозможно подобрать слова, которые могли бы выразить наши чувства.

Священник попросил всех занять места, и церемония прощания началась. Люди негромко переговаривались, бросая в мою сторону любопытные взгляды. Женщины горько вздыхали и подносили к глазам шелковые платочки. Лицемеры! Делают вид, что безмерно страдают и сочувствуют, но больше чем уверен, никому нет дела до того, что творится у меня в душе.

— И все-таки не покидает ощущение, что я ее где-то видела, — наклонившись ко мне, шепнула Алексис.

— Возможно, на каком-нибудь званом приеме или балу, — сквозь зубы процедил я. Ведь не отстанет же, пока не отвечу!

— Когда ты говорил, она приехала в Миствиль?

— Полгода назад. Аврора вернулась из пансиона, где провела последние восемь лет.