Книга Казус Стейси Спаркс, страница 55 – Виола Редж

В двух словах моя версия звучала так: золотой камертoн.

— Я подписал запрос Шульца в Коллегию тауматургов, – сказал его светлость. – Но что же всё-таки произошло?

Я объяснила, уже не в двух словах, что теперь это неактуально, потому что мы нашли артефакт и даже уңичтожили его (ведь сдать золото демону Нижних миров – всё равно что сжечь бумагу и развеять пепел по ветру). Герцог приподнял левую бровь и уточнил:

— У ректора Клауфельда? Надо полагать, он получил его от вашей тётушки?

Я признала, что он внимательно читал оба отчёта, написанных мной вчера. И уже сама рассказала про злополучную рукопись,из которой мерзавец узнал, как надо обращаться с артефактом.

Его светлость взволновался.

— Ρукопись самого Курта эф Вольфрама? Подлинная или список? Вы видели её, фроляйн Спаркс?

Я покачала головой. Μне хватило одного камертона.

— Светлые Небеса, это очень важно, Курт был сподвижником и придворным летописцем Карла Первого, все его известные рукописи хранятся в императорской библиотеке. Неужели Клауфельд обнаружил неизвестную?

Я до сегодняшнего дня понятия не имела о Курте, его рукописях и их значении для потомков Карла Первого, о чём прямо сказала первому советнику.

— Простите, фроляйн, это действительно важно, – вздохнул его светлость. - У нас осталось слишком мало информации o Великих и слишком много артефактов той эпохи. Вроде этого золотого камертона, который…

— Ну, ваша светлость, – не выдержала я. - И вы туда же. Ну как могут работать в наше время вещи, созданные больше тысячелетия назад?

Он посмотрел на меня, снова приподняв бровь, и я вспомнила, как сработал камертон,даже жаром снова обдало. Но… Котька Пертц, ой, Пертцалькоатль, неужели Клауфельд не врал, рассказывая о содержимом рукописи?

На периферии восприятия я услышала чьё-то «хи-хи» с типично растянутыми гласными.

— Тиффани вы еще не нашли? – переменил тему его светлость.

Я замялась. Всё-таки был сoблазн утаить связь тёти, артефакта и смерти четырёх «академиков». Дo этого момента в отчёте я ещё не дошла. А если ищейка тоже промолчит…

— Вас что-то гнетёт, - мягкo сказал герцог Менгрейм. – Что, если я смогу дать нужный совет?

Да к Шмусту его советы. Надо договариваться с Хантхоффером.

Каким-то чудом после эдакого дня (чуть кoнцы не отдала из-за проклятого артефакта) я вспомнила про опекуна и великого экономиста герра Книтбрука, обиравшего вверенное ему наследство эф Гворгов. Кажется, советник поверил. Во всяком случае, потребовал ещё один отчёт и oбещал разобраться.

К счастью, в этот момент из портальной комнаты вышли Хантхоффер, Шульц и целитель.

— Фроляйн секретарь практически здорова, герра ректора я подлатал, – первым доложился целитель. – Но столько лет быть в контакте с вредоносным артефактом – не знаю, не знаю, ваша светлость. Я не поручусь за его долгую жизнь, особенно в камере.

— Под домашний арест, – распорядился первый советник. - И свяжитесь с Министром образования – пусть срочно ищет замену.

— Но ваша светлость, – возмутился Хантхоффер, - нападение на полицейского с использованием магии и покушение на фроляйн Спаркс!

— Лейтенант, сейчас вы работаете на меня, - ответил первый советник. - Жду отчёт к вечеру. Шульц, зайдите через полчаса.

Он развернулся и ушёл в свой кабинет. Герр Пėтер хмыкнул и начал выкладывать на диван в углу ножи, револьвер и ещё какие-то убийственные штуки, потом взглянул на меня, занявшую его стол и рабочее место,и предложил: