Онлайн книга «Что-то драконическое»
|
— Тьеррина! — и… За моей спиной распахнулись крылья. Это было последнее, что я успела осознать, потому что огонь внутри взбесился, сжигая и расплавляя мое тело, и в следующий момент я прыгнула прямо к принцу, закрывая его собой. Мне казалось, должно было быть очень больно, но больно почему-то не было. Смертоносное, собиравшееся уничтожить Фламенского пламя, врезалось в меня и стекло по крыльям и чешуе. Э… Чешуя? Крылья? Я перевела взгляд вниз и обнаружила, что стою над Фламенским. Который, судя по всему, ничего не видел… а еще, что у меня четыре лапы. Четыре лапы! Золотое брюшко и хвост! К нам уже бежал ректор и безопасники, но безопасники меня мало волновали. Я раздраженно ударила хвостом и закричала: «Помогите! Сделайте что-нибудь!», но вместо этого получилось: — Ры! Ры! Ры! Артуан — Я — что?! Артуан, конечно, словил недавно магическое бессилие, а все его мысли в последнее время занимала Тьеррина, но провалами в памяти не страдал и помнил, что он разрешал, а что нет. Выступление Фламенского с факелами ректор точно не разрешал! Ша’алун не понял, что вопрос риторический, поэтому повторил: — Вы лично разрешили Фламенскому исполнить ритуальный танец с огнем. Мы под вашим присмотром проверили ящики с факелами, после того, как их привезли. — Я говорил с ним? С тобой? — Мы все там присутствовали, ваша светлость. — Что вообще происходит? — рявкнул он, но голос Ша’алуна вдруг тоже изменился: с недоуменного на сосредоточенно-серьезный. — У меня тот же вопрос, ваша светлость? Что вы делаете на сце… Последний вопрос потонул в обрыве музыки, в криках и визгах из зрительского зала. Если до этого там царило общее радостное оживление, то теперь Артуана ударило общими мыслями паники. «Что он делает?» «Это ректор!» «Он убьет его!» Не будь множество лет тренировок ментального дара, Артуана бы просто снесло этой волной. А затем новой, абсолютно бессвязной! И сквозь весь этот поток особенно выделилась одна. Тонкая и хрупкая. Он даже не сразу понял, что это не мысли вовсе. Это какая-то неведомая ему магия, которую он до этого момента не знал, не чувствовал. Но она же и толкнула его вперед, ускориться, бежать на помощь… Кому? «Паре», — выдохнул с огнем дракон внутри. Сердце вздрогнуло вместе с ним. Он рванул через закулисье, минуя занавес и сталкиваясь с выбежавшим ему навстречу дружком-подпевалой Фламенского. Дерек врезался в него с размаху, чуть не запутался в тяжелых слоях ткани, и кажется, даже не заметил Артуана. Но вот чужая мысль ударила яростно, звонко, словно пощечина: «Гоблинова секретарша из Нодарских!» Мысль, а следом реальность, когда Артуан оказался уже на сцене и замер. Потому что перед ним стояла маленькая драконочка. Где-то за ее спиной на краю сцены стонал от боли Фламенский, публика, кажется, замерла, но ментально, в голове ректора, орала на тысячи голосов. Пришлось отрезать себя от белого шума, сосредоточиться на самом важном. На драконочке. — Ры! Ры! Ры! Это был не фокус Фламенского: Артуан это понял сразу. Интуитивно. Как и потянулся к ребенку в драконоформе. Малышка была не больше лошади, по меркам взрослого дракона совсем кроха, по сравнению с Артуаном и того меньше. Красивая, золотая, таких драконочек он еще не встречал. И встревоженная. Малышка топталась над Фламенским, рискуя на него наступить, и ректор потянулся к ней мысленно, чтобы успокоить, заставить обратиться. Какой идиот вообще выпустил ребенка? Да еще и напугал так, что она позвала своего зверя. Где ее мамаша? Он потянулся к ней по ментальным каналам и нарвался на совершенный блок. |