Книга Что-то драконическое, страница 34 – Марина Эльденберт

— А, ладно, разберусь, — психанула принцесса и убежала.

Как она собирается разбираться, я понятия не имела, тем более что мне было уже самой пора бежать. Хотя, конечно, не отметить роскошный макияж принцессы я не могла, равно как и костюм. Темно-красное, словно раскаленное изнутри искрами огня платье с летящей юбкой, туфли на шпильке… Да, у Сириана не было ни единого шанса.

Я все-таки добежала до стола с жюри, пролетела мимо сидевшей, словно кол проглотила, василиски, мимо зажатой между ней и Артуаном студентки к самой стене, где располагалось мое место.

— Добрый вечер, — поздоровалась со всеми.

— Добрый вечер, — нестройным хором поздоровались василиска и студентка.

— Тьеррина, вы вовремя. Мне как раз надо с вами поговорить, — Артуан поспешно поднялся.

— Что? — растерялась я. — Прямо сейчас?

— Да.

Я положила папку с программой выступлений на стол, испытывая странную слабость в руках и в коленях. Конечно, можно было предположить, что Артуан решил срочно обсудить что-то административное, но я каким-то непонятным образом почувствовала, что это не административное, а про нас.

Мы отошли в сторону сцены: это был единственный угол, где никого кроме нас не было, и Артуан посмотрел мне в глаза. Пока он не начал говорить, у меня в мыслях пронеслось, должно быть, сто вариаций этого самого разговора или чуть больше. И ото всех них подгибались колени и внутри полыхало огнем.

— Я был неправ, когда молчал все это время, — сообщил ректор. — Мне нужно было объяснить все сразу, молчание недостойно дракона, тем более герцога. Но я не знал, как к этому подойти. Вы… меня очень будоражите, Тьеррина.

В голове что-то звякнуло. Возможно, с таким звуком свалился новый, не придуманный мной вариант, в какую сторону этот разговор мог пойти.

— Но я прекрасно отдаю себе отчет в том, кто я и кто вы. Поэтому никогда не смогу предложить вам ничего, кроме кратковременного романа.

Жмяк.

А с таким звуком, должно быть, прилетело по темечку откровение Артуана. Вот я же сама примерно то же самое думала! Но почему-то услышать такое от него было невероятно больно…

Ха, почему. Да просто ты в него влюбилась по уши!

— Давайте подведем итог, — сказала я, чтобы не сорваться на пошлую истерику, — первое, я вас… как вы там выразились, будоражу. И второе — в силу того, кто вы и кто я, мне не стоит ничего от вас ждать, кроме кратковременного романа.

— Да, я хотел, чтобы между нами все было честно, — произнес ректор, — но я умею красиво ухаживать, Тьеррина, и наш роман запомнится вам…

Тем, что закончился, не начавшись.

Лучше бы он просто недостойно молчал дальше!

— Ухаживайте за Одуванчиком, — в духе хамелекота прошипела я. — Красиво. Уродливо. Как хотите!

Я все-таки сорвалась, но бежать было некуда.

— Можете поменяться со мной местами? — подлетев к столу, спросила я Н’раву, которая была Брине не по нраву.

Василиска окинула меня пристальным взглядом, потом — Артуана, а после, ни слова не говоря, поднялась и пересела на мое место. Вот зря Брина так! Милейшая женщина!

Артуан шагнул было ко мне, но тут свет в зале приглушили. Занавес поехал в разные стороны, и на сцену шагнул конферансье-старшекурсник. Я же вцепилась в стол, чтобы не схватить одну из лежащих передо мной табличек и не треснуть ректора по голове.