Книга Поющая для дракона. Между двух огней, страница 94 – Марина Эльденберт

— Я приехала его поддержать, – выдохнула, сунув озябшие руки под мышки. – Проведите меня к нему, мне очень нужно с ним поговорить! Именно сейчас, когда Энтар…

— Местр Халлоран сейчас находится на месте происшествия, в «Драконьем Круге».

От неожиданности моргнула. Почему Норгхар не поехал с ним? Он же возглавляет его службу безопасности. Рэйнар отправил его защищать брата?

— Я могу дождаться его в больнице.

— Неизвестно, когда он вернется. К тому же ваше присутствие здесь нежелательно.

К щекам прилила кровь.

— Хотите, чтобы я ушла? – спросила холодно.

— Именно, эсса Ладэ. Вас проводить до станции или найдете дорогу сами?

До этого стоявший неподвижно безопасник шагнул к нам.

— Сама найду! – огрызнулась я.

Развернулась и пошла к входу, ускоряя шаг. Внутри все переворачивалось, от осознания собственного бессилия и невозможности что-либо изменить захотелось пнуть лифт. Ну и что мне теперь остается? Только ждать, когда вернется Рэйнар, и смотреть новости.

Но как их смотреть, если нужно возвращаться на репетицию?

Пока добиралась, ничего нового не услышала. В здание оперы влетела, на ходу выдергивая наушники. Сунула их в карман, затолкала куртку в шкафчик и сразу бросилась в зал. Сильный голос Юммера услышала еще на подходе, тихо вышла на сцену и остановилась в стороне.

— Ладэ! – Издевательский голос Гроу прервал арию, Юммер поперхнулся и замолчал. – Спасибо, что почтила нас своим присутствием.

Я перехватила взгляд Тарины, та сделала зверские глаза и провела пальцем по горлу.

— Простите. Мне нужно было срочно уйти, у меня серьезно…

— Тебе нужно было как минимум спросить разрешения у меня. – Сунув руки в карманы, он приблизился ко мне и остановился лицом к лицу. – Лично.

— Знаю, но у меня не было времени. Я прошу прощения и обещаю, что такое больше не повторится.

— Сдались мне твои извинения. – Я увидела, как дернулись его зрачки. Едва уловимо, но яростью обожгло наотмашь. Звериной, от которой в низкий хрипловатый голос ворвался едва уловимый рык. – Я не собираюсь рисковать постановкой только потому, что у кого-то что-то «серьезно». Поняла?

На нас смотрели все, и я с трудом удержалась от того, чтобы не зарычать в ответ.

— Более чем.

— Чудесно. Тогда собирайся и вали.

— Что? – тихо спросила я.

— Собирайся и вали. – Гроу процедил это чуть ли не по слогам, качнулся с пяток на носки и подался ко мне вплотную. – Ты уволена.

— За что? – выдохнула я. – За то, что ушла на час? Или за то, что ушла, не спросив тебя?

Он прищурился, чтобы скрыть вытянувшиеся зрачки.

— Будешь и дальше тратить мое время?

— Ты сам тратишь свое время непонятно на что. – Почему-то дышать было трудно. – Я не подвела ни тебя, ни их. – Кивнула на коллег, которые застыли на месте как изваяния. – Не опоздала ни на одну репетицию. Не запорола генеральную, не сбежала с проработки ключевой сцены. Час времени, о котором я тебя предупредила, пусть даже не лично. Час времени, который для тебя ничего не решает.

И для меня ничего не решил.

Говорить становилось все сложнее, поэтому я сунула руки в карманы джинсов, отзеркаливая его позу. Просто держаться было не за что. Больше всего на свете я хотела петь на этой сцене. Я горела Люси не меньше, чем он. Этим миром, ее жизнью, ее историей, ее чувствами. Я готова была здесь ночевать, и даже когда из меня вытряхнуло все чувства, я шла в этот зал, чтобы стать ею. Но, видимо, у всего есть предел.