Книга Поющая для дракона. Между двух огней, страница 100 – Марина Эльденберт

— На выпускное испытание отправляются группами. По три-четыре человека – сильнейшие из студентов с куратором, обязательно в присутствии ректора.

— То есть Шахррейн лично выезжает со студентами? – Я приподняла бровь. – Ты же говорил, что таинство общения со зверем должно происходить наедине.

— В обязательном порядке. На случай, если в «Драконьем Круге» что-то пойдет не так.

Не сильно это Энтару помогло.

— Наедине – только первое общение. Призыв дракона – испытание, на котором возможно все. Никто не станет подвергать опасности сильнейшую кровь Аронгары, и я сейчас не только про наследников правящих. На выпускной экзамен такого уровня выходят единицы. Аристократы, которые его проходят, впоследствии могут возглавить взводы вальцгардов.

Дорожка кончилась вместе с парком, если пройти по заснеженному газону, можно оказаться на пустыре. Вид отсюда открывался шикарный, несмотря на сваленные вдалеке цистерны, в которых бездомные обычно разводят горючее. Правда, зимой они предпочитают трущобы в районах победнее. И подальше от залива, где ветра не продувают до костей.

Мы обогнули парк по кругу и свернули на боковую аллейку, тихую и далекую от центральной настолько, насколько это возможно.

— Марр здесь вырос, – неожиданно сказала я. – Когда он только у меня появился, я еще не представляла, как вести себя с виарами, и дико боялась, что он… ну, напрыгнет случайно на какого-нибудь ребенка или просто кого-то напугает. Начиталась историй в сети… А кристалла у него не было, поэтому мы гуляли подальше от обитаемых мест. Рано-рано утром или ближе к ночи.

Рэйнар покачал головой и неожиданно улыбнулся.

— Узнаю твою логику.

— А что не так с моей логикой? – насторожилась.

— Залезть непонятно куда, чтобы наткнуться на какого-нибудь… субъекта. Которому твой виар откусит что-нибудь ценное.

— Это уютная дальняя аллея, – заметила я. – Между прочим, летом здесь можно лежать на скамейке и считать звезды. Романтика. Особенно если фонари не горят.

— И часто они здесь не горят?

— Часто.

Словно подтверждая мои слова, один моргнул и погас, а Рэйнар неожиданно остановился.

— Почему ты приехала?

— А ты?

— Можешь просто ответить на вопрос, Леона?

— Потому что я хотела быть с тобой. Когда…

Не договорила.

Потому что поняла, что говорю не о том. Опять. Это у меня дар такой, что ли?

— Когда?

— Не важно.

— Не важно?

— Его можно убрать.

— Кого?

— Когда, – фыркнула я. И тут же снова стала серьезной: – Твоя очередь отвечать.

— Потому что я хочу быть с тобой.

От искренности этих слов стало нечем дышать.

Сердце сорвалось в пропасть, и я вместе с ним, но падать почему-то было не страшно.

Возможно, потому, что я не падала, а летела.

— Сейчас? – зачем-то уточнила я.

— Сейчас. И всегда.

Он пристально смотрел на меня. Так пристально, что мне захотелось завернуть сердце в фольгу, чтобы всякие его не разглядывали своими насквозь просвечивающими глазами. Выручил Марр, он ткнулся носом мне в джинсы и задрал голову. Рэйнар протянул виару раскрытую ладонь, в которую тот радостно уперся башкой. Молчание затянулось, но я не представляла, с чего начать.

Слишком многое хотелось сказать.

О том, что я отчаянно, дико скучала. О том, как смотрела на мобильный, перебирая в памяти номер, каждую цифру. О том, как хотела услышать его голос. Не просто услышать – слышать каждый день. Но что дальше? Аррингсхан говорил, что в случае поражения Рэйнар возненавидит себя. А я себя, если откажусь от оперы. Он родился первенцем правящего в мире драконов и власти, я – в стране, куда моя мама сбежала от этого мира. Правящий и полукровка с мечтой о сцене.