Книга Танцующая для дракона. Небо на двоих, страница 74 – Марина Эльденберт

Кивнув, окинула взглядом раскаленное небо: в нем с ревом метались звери, они кружили над долиной, не спеша приближаться к замку и к городу. Горящее в их сердцах пламя, отчаяние, боль, ярость доносились даже сюда, накатывая волнами.

— В драконов не стрелять, – коротко приказала я, напряженно вглядываясь в иссушенную, опаленную долину. – Воздействовать только ментально, даже если подойдут ближе.

Не дожидаясь ответа, направилась к смотровой площадке-балкону, которую сейчас тоже превратили в бойницу. Перила заложили камнями, подняли выше, сровняв по уровню со стеной. Опаленный камень и щербины иссушенной пламенем плитки, мощный гарпун, заряженный стрелой с наконечником из чешуи дракона. Только такой чешую и можно пробить.

Сколько же драконов погибло здесь?

А сколько людей?

Хаальварны отступили, позволяя мне приблизиться, и я снова вгляделась в залитое солнцем небо. Пока что еще только солнцем, не пламенем.

Впрочем, пламени и так было достаточно: того, которое я не могла видеть, но могла чувствовать, в огонь вплетался знакомый мне лед, и от таких порывов силы временами становилось нечем дышать.

До боли вцепившись пальцами в камень – так, что зазубрины острых углов впились в кожу, я вглядывалась в небо, чтобы увидеть Горрхата с Флангеррманским. Долго ждать мне не пришлось – темная тень метнулась, взвилась в небо из-за деревьев – огромный черный дракон, раскрывший пасть и выдохнувший огонь. Рывком из расщелины гор, раскинув мощные крылья, взлетел белоснежный.

Рычание, которое подхватили кружащие над долиной драконы, ударило в самое сердце.

Которое в следующий момент ударилось о ребра с драконьей силой.

Я задохнулась и еще сильнее вцепилась пальцами в камень, потому что стремительно приближающийся дракон был мне знаком. Горящей под солнцем красной, как жерло проснувшегося вулкана, чешуей, которую мои руки еще помнили после падения с качелей. Пламенем, втекающим в меня как источник жизни, опаляющим, жестоким и сильным.

Это действительно был он.

Витхар.

С рычанием метнулись к нему сразу оба дракона: и ледяной и черный. Огонь, который выдохнул Горрхат, раскалил небо сильнее заката, заставил Витхара мощным рывком уйти ввысь, где в него ударило выстужающее воздух дыхание северного дракона.

— Теарин. – Бертхард окликнул меня, но я даже не взглянула в его сторону.

Драконы, которые пришли за Витхаром, сомкнулись вокруг них кольцом. Пламя, что рождалось в их груди, ослепляло, но я все равно слезящимися глазами смотрела туда, где на раскаленной чешуе крошился лед, а Горрхат и Янгеррд снова заходили с разных сторон. Чтобы напасть вдвоем.

Стрелять в эту круговерть было нельзя: по меньшей мере попасть в того, в кого нужно, просто не представлялось возможным. Помимо прочего, зацепи мы кого-то из замкнувших троих дерущихся драконов в нерушимое огненное кольцо, наверняка случится налет, поэтому сейчас оставалось только смотреть.

Как резким движением Витхар взмывает в небо: мощной, неумолимой стрелой практически за облака, как ударяет друг в друга не достигшее цели огненное и ледяное пламя.

Как он устремляется вниз, и мощный удар отбрасывает Янгеррда в сторону кружащих драконов. Как Горрхат вновь раскрывает пасть, но не успевает сделать огненный выдох, потому что когти алого дракона смыкаются на его чешуе, вспарывая ее. Не то рычание, не то вой эхом разносится над долиной, Горрхат пытается вырваться, когда из обманчиво-снежных облаков снова летит ледяное дыхание, иглами впиваясь в раскаленные докрасна крылья.