Книга Бунтарка и Хозяин Стужи, страница 83 – Валерия Чернованова, Марина Эльденберт

Может, и стоило сказать, что не проводит, но последнее, чего хотелось Хьяртану, – это объясняться перед вероломной любовницей.

Начав говорить, она уже была не в силах остановиться:

— В последнее время отовсюду только и слышится: нэри Селланд то, нэри Селланд это… Все только и говорят об этой безродной девчонке, словно она ясное солнце! Девчонке, которая, оказывается, еще и опасна!

С желанием схватить идиотку за плечи и хорошенько встряхнуть, чтобы вышла вся засевшая в ее голове дурь, Хьяртан справился. Хотя совладать с порывом оказалось непросто.

— Больше похоже, что ты не за наши отношения переживаешь, а за титул первой нэри столицы… Еще раз спрашиваю: что ты ей сказала?

Хелена отвела взгляд и даже попыталась отстраниться, но Хьяртан схватил ее за руку, не давая возможности отвернуться.

— Говори, – приказал холодно и резко.

— Я слышала, что она ненавидит Снежных из-за пропавшей матери, этим и решила воспользоваться. Сказала, что ее здесь… казнили.

Теперь уже Хьяртану хотелось от нее отшатнуться.

Лживая с…

Сразу стало ясно, отчего Ливия потеряла голову. Представила на месте сводного выродка свою мать, напридумывала себе, что теперь Снежные уничтожат всю ее семью, какой бы она ни была. А он еще и про Фабиана добавил… Уже не говоря о сдерживающем силу артефакте.

Впрочем, от последнего его величество не собирался отказываться. Ради безопасности Эрнхейма, ради ее безопасности.

— У тебя время до конца дня, чтобы убраться из моего замка, из моего города.

— Но, Хьяртан… – жалобно начала маркиза. Слезы раскаяния (тоже, вероятно, лживого) катились по бледным щекам.

— Если останешься в надежде, что остыну и передумаю, я прикажу тебя отсюда вышвырнуть. Прощай, Хелена. Больше не показывайся в Леверне, и уж тем более в Эрнхейме.

Оказавшись за дверями спальни, Хьяртан услышал, как бывшая фаворитка разрыдалась, но слезы красавицы-маркизы его больше не задевали.

— Отведите нэри Селланд к брату, – приказал он одному из стражников. – А ко мне приведите кухарку Селландов.

«Посмотрим, что она сможет рассказать об исчезновении матери Ливии», – подумал Снежный и отправился в свой кабинет дожидаться повариху.

Ливия Селланд

— Так, а теперь садись. – Каэтан отступил в сторону, позволяя моему брату самостоятельно приподняться на руках, а потом переместиться в необычное кресло, благодаря магии Снежных парящее над полом.

Передвигалось оно с помощью специальных встроенных в подлокотник артефактов, которыми Фабиан мог управлять самостоятельно, и сейчас я видела, как сверкают глаза брата. Впрочем, за эти несколько дней в Эрнхейме он полностью преобразился. Я, наверное, за все время после случившегося на горке не слышала, чтобы он столько смеялся, как в эти дни.

Каэтан приходил к нему несколько раз в день, и помимо общего лечения они делали какие-то физические упражнения, поэтому сейчас брат самостоятельно подтянулся на руках и пересел в кресло. А уж каким гордым он в этот момент выглядел! Впервые за все это время он передвигался самостоятельно.

Я даже губу закусила, когда он улыбнулся. Не говоря уже о том, как сверкнули его глаза, когда Фабиан прикоснулся к артефакту, и кресло подлетело к окну.

— Ура! – Фабиан вскинул руки, и Каэтан улыбнулся в бороду.

А Бьяртмар, младший брат его величества и автор идеи, подмигнул ему.