Книга Стой, курица!, или глэмпинг «в гостях у сказки», страница 59 – Марина Эльденберт, Галина Мишарина

— И много вам Кирилл Кондратович Кощеев за такую грязную работу платит? — рыкнул Елисей.

— Сколько платит, все мое, — хмыкнул Глеб. — Так что выбираете, Елисей Ефремович?

— Выбираю давать против тебя показания в суде.

— Что-что?

— У него там крыша потекла с перепугу… — вступил тот самый басовитый голос.

Но в этот момент отовсюду заорали полицейские сирены. Елисей чуть подался ко мне, и в этот момент все-таки громыхнул выстрел. Запах бензина, жар и вспышка, а еще грохот взрыва слились воедино. Последнее, что я запомнила — это как он накрывает меня собой, и нас волочет по траве. Уши казались набитыми звенящей ватой, когда я попыталась приподняться, чтобы увидеть хоть что-то, но мое сознание отказалось сотрудничать. Я провалилась в темноту такую резкую и глубокую, из которой, казалось, больше не будет выхода.

Все началось с курицы.

Эта мысль крутилась у меня в голове, когда я снова осознала себя как личность, а не как летающая над размытой деревенской дорогой тряпичная кукла, которую жестокий мальчишка бросил в костер.

— Да вот, говорят, уже третий день допрашивают… — донеслось до меня словно откуда-то издалека. — Но там доказательства железные. Соскочить у них уже не получится, так что не переживайте, Валентина Аркадьевна.

Я заморгала и открыла глаза: больничная палата встретила меня пиликаньем аппаратуры, а еще — родными лицами. Бабушка и Лев подскочили из кресел, в которых сидели, и бросились ко мне.

— Василисонька! Очнулась!

Я утонула в ее объятиях раньше, чем успела ответить, а потом по моей шее побежали горячие бабушкины слезы.

— Бабуль… ну ты что? — сипло спросила я. Голос не слушался, а еще почему-то болело горло. — Хорошо же все. Хорошо…

«Все будет хорошо, Василиса».

— Елисей! — Я подскочила прямо в бабушкиных руках. — Елисей, что с ним?

— Да лежи, лежи, все в порядке, — забормотала она. — Ну то есть… сейчас все в порядке. В реанимации он, но его вот-вот переведут. Говорят, улучшилось состояние.

Лев кивнул, словно подтверждая его слова.

— Что… в реанимации… как?! Я должна его увидеть!

— И увидишь. Но когда чутка получше будет самой! — Бабушка легко надавила мне на плечи. — И так вон, набегалась уже! Хватит!

Она сурово посмотрела на меня.

— Ты хоть представляешь, как ты нас всех напугала?! Если б не Степанида, да не этот твой королевич… — Бабушка гневно сверкнула глазами.

Лев только потер бороду, наблюдая за бабулей в гневе, как мне показалось, немного ошеломленно. А что он думал? Бабушка у меня может быть очень грозной.

— Что вообще произошло? — спросила я, стремясь переключить ее воинственность на что-то другое. — Как вы меня нашли? И Беня! С ним что?

— Беня сейчас тоже выздоравливает. Степанида ему своими травами помогла до ветеринарной клиники продержаться. А потом сказала, что пойдет в свою землянку, наблюдать за домом Кощеева. Мы ж не думали, что он настолько идиот, что тебя к себе потащит…

— Да он и не потащил, — фыркнула я. — Это его чрезвычайно инициативные исполнители.

— Ну в общем, она ушла, и тут связь вернулась. Мы естественно, и в полицию, и Елисею сразу звонить. А он Окуневу. Тот говорит: сейчас возьму дело под свой контроль лично. Ну а потом Степанида тебя увидела, когда они за тобой с собаками погнались…

Я передернула плечами: даже сами воспоминания о случившемся вызывали у меня желание спрятаться под одеяло, как в детстве. Вот только от такого под одеялом уже не спрячешься. Как бы там ни было, всем нам здорово повезло: и мне, и Елисею, и Бене.