Книга Целительница для бывшего мужа-дракона, страница 78 – Майкл Скофилд

— Великолепно, — сказал он тихо. — Она все еще держит связь.

— Вы поставили ее?

— Я завершил то, что было необходимо.

— Кто начал?

Он усмехнулся.

— Вы задаете вопросы так, будто правда принадлежит тому, кто страдал.

Я сделала еще шаг.

Каэл резко поднял голову.

— Нет.

Это был приказ. Просьба. Предупреждение. Все сразу.

Я остановилась только потому, что услышала в нем не власть, а страх.

— Слушайте меня, — сказала я ему. — Смотрите на меня.

— Уходи.

— Нет.

— Лиара...

— Нет, Каэл.

Черное пламя в его глазах дернулось.

Я видела, как он борется. Не красиво, не героически. Страшно. Телом. Кровью. Стиснутыми зубами. Руки у него дрожали так сильно, что пальцы скребли камень.

Эймар поднял пластину выше.

— Трогательно. Но бесполезно. Печать была создана не для убийства. Для переноса. Ваш дар, госпожа Вейл, должен был стать мостом. В брачную ночь он уравновесил Черное Пламя сильнее, чем кто-либо ожидал. Это было... неудобно.

— Для кого?

— Для тех, кто понимал: если Каэл Рейвард получит рядом женщину с живым пламенем, Черное Пламя станет неподконтрольным старым договорам.

Дориан тихо сказал:

— Старым договорам с Арквейнами?

Эймар не посмотрел на него.

— Дом Арквейн столетиями хранил знания, которые Рейварды предпочли забыть. Золотой огонь не враг Черному. Он его поводья.

— Поводья, — повторила я. — Вот как вы называете проклятие в крови ребенка из трактира?

На лице Эймара впервые мелькнуло раздражение.

— Побочные вспышки неизбежны, когда линия сопротивляется.

— Линия? Ему семь лет.

— Драконья кровь распространяется шире, чем вы думаете.

Я вдруг поняла.

Не все сразу, но достаточно.

Болезнь вышла за стены замка не случайно. Если они пытались настроить Черное Пламя через кровь Каэла, откат пошел по всем слабым связанным линиям: дальним родственникам, бастардам, детям боковых ветвей, тем, кого великие дома предпочитали не считать за своих, пока их кровь не начинала гореть.

— Вы испытывали проклятие через него, — сказала я. — Через Каэла.

— Не проклятие. Управление.

— Называйте как хотите. Оно все равно пахнет паленой корой и ложью.

Эймар посмотрел на мою руку.

— Вы можете остановить приступ. Конечно. Для этого вас и вернули.

— Вернули?

Он улыбнулся.

— Неужели вы думаете, посланник нашел вас по доброй воле леди Морвен? Ваш лечебный дом был известен. За вами наблюдали. Мы ждали, когда связь созреет.

Дориан шагнул вперед.

— Ты следил за ней?

— Не лично.

— Жаль, — сказал Дориан. — Лично я бы ударил сильнее.

— Дориан, — сказала я. — Нерис.

Он понял.

Пока Эймар говорил, Дориан был ближе всех к Нерис. Медленно, очень медленно он опустился рядом с ней, будто просто присел от усталости. Варрен сделал шаг влево, закрывая движение телом.

Эймар заметил слишком поздно.

— Не трогать ее.

Дориан уже приложил пальцы к шее Нерис.

— Жива.

Я позволила себе вдохнуть.

Один человек жив.

Теперь второй.

Каэл снова рванулся вперед. Его плечи дернулись, кости под кожей пошли странным движением. Не полная смена, но начало. Пальцы вытянулись, ногти потемнели.

Если он сменится в комнате, погибнут все.

И он тоже.

Я взяла нож из сумки.

Эймар приподнял брови.

— Что вы собираетесь делать? Зарезать проклятие?

— Нет.

Я разрезала бинт на своей руке полностью.

Печать открылась до локтя.

Потом сделала короткий надрез по ладони.