Книга Целительница для бывшего мужа-дракона, страница 36 – Майкл Скофилд

— Вы очень изменились, — сказал он.

— Нет. Просто перестала стараться вам нравиться.

— Вы никогда мне не нравились, госпожа Вейл. Я вас уважал.

— Как слабый дар?

Он склонил голову.

— Как женщину, которой не повезло оказаться в слишком сильном доме.

На миг мне захотелось ударить его.

Не магией. Не словом.

Ладонью.

Просто чтобы на его спокойном лице осталось что-то человеческое.

Я не ударила.

— Ключ.

Он достал его из внутреннего кармана.

Лекарская оказалась небольшой комнатой без окон. Полки до потолка. Стеклянные банки. Сушеные корни. Серебряные коробки с порошками. На столе — весы, ступки, ножи, тонкие ложки. Все чисто. Слишком чисто для места, где действительно работают с тяжелобольным.

У меня дома лекарская после дня работы выглядела как поле битвы между травами и здравым смыслом.

Здесь пахло порядком.

И чем-то горьким.

— Покажите стабилизирующие капли, — сказала я.

Эймар взял с полки флакон темного стекла.

— Осторожно. Доза сильная.

Я не взяла флакон у него из рук.

— Поставьте.

Он поставил на стол.

Я открыла, понюхала.

Белый корень. Дымная соль. Серебряная вытяжка. И под этим...

— Пепельник? — спросила я.

— В малой дозе. Для связывания жара.

— Пепельник нельзя давать при внутреннем горении крови. Он запирает жар в костях.

— При обычном горении — да. Случай лорда Каэла иной.

— И вы решили кормить болезнь тем, что она любит?

Эймар сцепил руки за спиной.

— Я сдерживал разрушение.

— Вы сдерживали симптомы, чтобы приступы выглядели реже, а становились глубже.

— Смелое заявление для целительницы, которая видела пациента несколько часов.

— Достаточно, чтобы заметить ожог, испорченный вашей мазью.

Его глаза чуть потемнели.

Маленькая победа. Но я не пришла за победами.

Я взяла чистую пипетку, капнула состав на белую пластину, добавила соляной раствор и крошку черной соли из брачной залы.

Капля на пластине мгновенно потемнела.

Нерис ахнула.

Варрен застыл у двери.

Эймар не изменился в лице.

Вот это было хуже всего.

Не удивился.

— Любопытная реакция, — сказал он.

— Вы знали.

— Я знаю множество реакций.

— Где вы брали черный корень?

— В составе нет черного корня.

Я посмотрела на пластину.

— Теперь есть.

— Вы добавили неизвестное вещество из старой залы. Это не доказательство.

— Пока нет.

Он сделал шаг ближе.

— Госпожа Вейл, вы вернулись в место, где вам причинили боль. Это может исказить восприятие. Желание найти виновного понятно, но опасно.

Вот оно.

Не обвинение.

Забота.

Тонкая, ядовитая, удобная.

Так женщины становятся истеричками в чужих протоколах. Не потому, что кричали, а потому что кто-то спокойный рядом сказал: «Она ранена, не слушайте ее слишком внимательно».

Я выпрямилась.

— Маг Сорн, если вы еще раз попытаетесь объяснить мои выводы моей болью, я внесу в отчет, что придворный маг препятствует диагностике и пытается дискредитировать приглашенную целительницу вместо того, чтобы отвечать на медицинские вопросы.

Он чуть склонил голову.

— Как пожелаете.

— Желаю список всех, кто имел доступ к этим каплям. И к их приготовлению.

— Разумеется.

— Не завтра. Сейчас.

Варрен уже доставал бумагу.

Эймар посмотрел на него. Варрен не отвел глаз.

Интересно.

Похоже, болезнь Каэла меняла не только тело наследника. Она расшатывала старые привычки в людях, которые слишком долго жили внутри приказов.