Книга Во славу человечности!, страница 269 – Юлия Меллер

— Альфа, это же как сход лавины: стоит одному клану принести ей присягу, как ринутся и другие.

— Мы справимся со всеми, — поморщился Черен.

— А с ней? Никто не подбирался так близко к альфе, как она! — высказал наболевшее Бриз.

— Все устали, всем нужна передышка и единые для всех законы. Вожаки понимают, что она одна ничего не может изменить, — решил высказаться Семич, — мы с самого начала рассматривали такой вариант, что проведём реформы, представляя её как символ перемен. Это сдержало бы буйные головы и обеспечило бы нам содействие на местах. Что вас удивляет, если до этого додумались другие? Простой народ может верить в чудеса, что она помашет ручками — и всё будет отлично; но знать понимает, что всё намного сложнее и предпринимает шаги, исходя из своих сведений и разумений, не дождавшись шагов от нас.

— Твоё отношение к ней всем известно, — зло отреагировал Бриз, — а если она альфу траванёт и объявит себя правительницей?

— Хватит! — Гор стукнул по столу. — Я запрещаю вам сомневаться в моей невесте.

— Но если она предала… хорошо, не сейчас, но она уступит… — не отступал Бриз.

— Это касается только нас с ней.

Он поднялся и вышел, а Бриз остался. Он посмотрел на других бет. Семич встанет на сторону человечки. Клетч беспокоится за стаю и хочет, чтобы всё скорее уладилось. А Черен…

Черен посмотрел на Бриза и предупредил:

— Если хочешь, бросай вызов Гору, а если кишка тонка, то сиди не рыпайся!

— Я никогда не брошу вызов альфе, но он слишком доверчив и мягок с женщинами, — процедил Бриз.

— Человечка нам нужна. Запомни это, — жёстко произнёс Черен — и холодок пробежал по спине Бриза. Он не уступает по силе Черену, но тот так хитёр и коварен, что до поединка дело даже не дойдёт: обвинит в измене — и объявит охоту.

Все разошлись.

Аня собралась уезжать по делам, но, уже садясь в бричку, передумала и, развернувшись, вернулась в замок. Она дошла до кабинета Гора и постучала, прежде чем войти.

— Гор, так не может больше продолжаться! — она почти выкрикнула, как только за ней закрылась дверь.

Эти два дня дались ей нелегко, как и ему. Он старался быть принципиальным, отталкивал от себя Аню, зная, что сдастся ей. Невозможно любить сильнее, чем он, но во что он превратится, если позволит действовать ей за своей спиной или другие решат, что это возможно? Он поднял на неё усталые глаза и усмехнулся. Аня подошла к нему:

— Ты мучаешь себя и меня! Почему ты не даёшь мне всё объяснить?

— Разве могут слова исправить то, что я видел и слышал?

Она всплеснула руками:

— Ты видел, что медведи подошли ко мне и слышал, что они предложили, и я, между прочим, была возмущена их предложением! Да, возражала не столь активно, как могла бы, но ты не стал дожидаться развития событий, чего очень жаль! А теперь подозреваешь меня в плетении заговора за своей спиной!

— Аня, ты не понимаешь, что этого достаточно, чтобы казнить тебя?

— Но… — она хотела ещё раз возразить, что вела себя достойно, но задумалась. От того, что на неё сделали ставку беры, для неё ничего не меняется, но история Земли сразу же ей подсказала, как уничтожали даже детей, если их могли впоследствии использовать в борьбе за власть и осеклась.

— Я поняла, ты думаешь, что я начинаю играть слишком важную роль в твоём государстве, а ты мне не доверяешь.