Книга Во славу человечности!, страница 121 – Юлия Меллер

Тропинка вилась, уходя вдаль, и города всё ещё не было видно.

Ане уже стало плевать на всех. Она вспотела, потом её начал пробирать озноб, сейчас она сильно замёрзла и хотела отдохнуть, но знала, что если остановится, то умрёт, поэтому она шла, не останавливаясь. В одном месте тропка пропала, и различной давности следы расходились в разных направлениях

— Какой-нибудь след выведет к дому, — решила она, но идти по непротоптанному снегу было очень тяжело.

Аня всё же вышла к дороге и почти сразу наткнулась на отряд, скачущий за ней.

— Госпожа! Мы, как только увидели вашего жениха, вернувшегося без вас, так сразу забеспокоились, — тараторила Марьяша.

— А он, кобелюка, — сердито вступила Ция, — не сразу в замок прибежал, болтался ещё где-то. Мы знали, что вы поехали проверять склады, но где они, мы ж не знаем! А он даже не понимает, как можно заблудиться! Оборотни, видите ли, не могут потеряться!

— Ну-ка, девоньки, — Кирам подошёл с одеялом и, укутав в него Анну, взял её на руки. Посадив её к себе на коня, развернул всех обратно.

Девчонки ещё что-то рассказывали, как они искали проводника, что они торопились и больше никогда не отпустят Аню одну с её женихом. В замок её внесли в бессознательном состоянии. Она горела, а ей казалось, что холодно и она просила ещё одеяло, ещё, ещё…

Служащие оборотни бегали в недоумении, не понимая, что с королевой. Оборотни не простужаются, только если не ранены. А лейны с ума сходили от того, что все их лекари остались в долине. Вот ещё одна проблема вскрылась: людям необходимы человеческие доктора. Оборотень, зашивающий раны, покрутился возле Анны и развёл руками:

— Я уже видел такое у лейнов, но что делать, не знаю.

Анну поили, иногда насильно, но вливали в неё горячие ягодные морсы. Под утро она открыла затуманенные глаза, и Данияра, думая, что ей легче, обрадовалась, но это было только начало болезни. Аня, выслушав причитания женщины и поняв, что её никто не лечит, сама стала давать указания, что делать. В ход шли все известные ей народные средства лечения. Они помогали, вытягивали её из забытья, но действовали слишком медленно.

Вартек часто сидел рядом с ней и контролировал температуру. Как только она горела и взгляд её плыл, Аню срочно начинали остужать. Она сама приказала класть на неё смоченные уксусом тряпочки и не слушать её жалобы о холоде.

Вайш заглянул через неделю.

— Почему она не встаёт? — тревожно спросил он у Данияры.

— Болеет.

— Но почему она болеет? Что это?

— Это реакция на сильное переохлаждение или снежный вьюн напал на неё. Она же была одна!

Вайш скрипнул зубами. На него все смотрели косо, узнав, что он оставил Аню одну в лесу. Но она всегда со всем одна справлялась, кто же знал, что её лошадь убежит?

В следующий раз он зашёл и оставил на столе мешки с деньгами.

— Вот, это за все ваши годы проживания здесь. Скажите ей, что я всё оплатил и дальнейшие расходы беру на себя.

Температура мотала Аню почти две недели, понемногу утихая, но не отпуская совсем. Девушка обессилила, похудела и больше походила на измождённого ребёнка, чем на собирающуюся замуж королеву. Дальше Аня боролась с кашлем, он не давал ей спать, изматывал и долго не отступал. Но и с этим она справилась, только вот уже зима к этому времени закончилась.