Книга Попаданка прибыла!, страница 115 – Юлия Меллер

Старуха оглядела всех людей, и что-то уяснив для себя, согласилась, а Ульяна поняла, что нечисть плохо ориентируется во временных понятиях и вряд ли раньше часто имела дело с людьми. Но возможный маг холода старухе нужен позарез! И следующие слова подтвердили это:

— Договор! Я не трону вас, но если обманете, то пожалеете! — угрожающе, но довольно пространно обозначила свою позицию существо.

— Один камень и служба на один сезон того, кто окажется избранником холода! — громко и как можно уверенней начала озвучивать условия Ульяна, а старуха удивлённо посмотрела на неё. Похоже тварь думала, что достаточно выразить своё согласие и угрозу, чтобы получить требуемое.

— Если ты примешь камень и навредишь избраннику, — быстро продолжала говорить Ульяна, — то договор считается порушенным и магия накажет тебя! Если ты не отпустишь избранника в срок, то договор недействителен по твоей вине! Если ты нападёшь на караван, следующий к заветному месту, то это тоже нарушение нашего договора. И раз ты выступила инициатором этого договора, то на тебе и большая ответственность за него и карой за нарушение будет твоя слабость против людей!

Ульяна говорила четко, но быстро, подражая радио, когда скороговоркой зачитывают номера лицензии в рекламных роликах. Старуха растеряно застыла, но Уля грозно потребовала повторения согласия.

Поняла ли ледяная сущность условия договора или её проняла напористость Ульяны, но местная властительница повторила своё согласие, ничего не меняя, и зависшая снежная масса рассеялась.

К удивлению, обеих сторон в тот же миг лучи Хорса миг пробились сквозь завесу облаков и во множестве отразились во льдинах тысячью световыми зайчиками.

Старуха исчезла, а вместе с нею большая часть льдин, и стала видна настоящая тропа. Люди и мурры заворожено смотрели на небо. И если мурров больше удивила своевременность появления жёлтого светила, то люди плакали. Для них это был явный знак благоволения и надежды.

Но долго стоять и благоговеть было нельзя. Избранные начали поднимать уцелевшие сани и перетаскивать их через льды к той тропе, откуда увела их старуха. А несколько обескураженные всем произошедшим мурры молча патрулировали окрестности. А вот воков пришлось внепланово подкормить, а многих укладывать на сани, так как они повредили себе лапы.

— Двое наших саней разбиты и вряд ли выдержат дальнейшую дорогу, — предупредил погонщик, с болью смотря на уложенных на поломанные сани питомцев и тех воков, коим придётся тащить изо всех сил эти сани.

Князь кивнул. А что он мог сказать? Времени на починку нет, а оставлять сломанные сани — значит оставлять и раненых воков. Превратив сломанные сани в волокуши, решили продолжать путь.

Гигантские мурры упорно делали вид, что не понимают возникшей проблемы у людей. Единственную уступку сделал один молодой мурр, взяв Ульяну себе на спину, тем самым снизив нагрузку на первые сани. Остальные избранные по очереди бежали рядом с уцелевшими санями, прыгая в них только чтобы отдышаться.

Поехали потихоньку-помаленьку, и худо-бедно успели к куполу до темноты. Всё же когда мурры в начале пути бежали со всех лап, то выиграли время, которое пригодилось. Воки, тащившие сани, выдыхались и бежали на чистом упрямстве. Людям было не легче.