Книга Опустошенный север, страница 114 – Юлия Меллер

— Теперь давай пирожные.

Леди Дан засуетилась и вытащила из небольшой сумки компактную коробочку.

— Вот, всё приготовлено — а голос, отчего-то предательски срывался.

Мужчина бережно открыл красивую упаковку, там лежало три кругленьких шарика. Два из них сделаны не идеально, чуть примялись, а один был аппетитен, и в него для удобства была воткнута палочка.

— Чего ж ты так неряшливо сделала, сразу видно, что кто-то ковырялся, — недовольно заметил он.

— Яд только в одном, в этом, — всё-таки потеряв от волнения голос, почти прошептала леди.

— Хм, хитро. Сейчас уже приедут, тебе нечего тут делать. Уходи.

Покидать дом столь быстро в планы свекрови Ксении не входило, она разнервничалась и неловко поглаживая рукой грудь сообщника виновато улыбнулась. Он не поддавался ей и всматривался в глаза, как будто можно было в них что-то увидеть.

— Боишься? — неожиданно спросил он.

Короткое слово прозвучало подсказкой, она кивнула. Велунд оглянулся, прошёл чуть вперёд и, сбив замок на одной из двери, заглянул в помещение.

— Иди сюда, — коротко бросил мужчина, пройдя первым. Зажёг свечу, положил в сторону золото, коробочку и втянул замешкавшуюся сообщницу внутрь. Ещё раз осмотрев её, довольно ухмыльнулся, отмечая, что она явно прихорашивалась для него.

— Ты уже знаешь, как мне нравится, — отойдя от неё на шаг назад принялся выжидать.

Она занервничала. «Что ему нравится? За зад хватать, да тискать», а потом дошло, и сразу краснота залила щёки. Сглотнув начала расстёгивать платье. По его виду поняла, что угадала.

— Нижнюю рубашку в следующий раз не одевай, опять порву, — подойдя ближе, резким движением порвал так, чтобы груди больше не прятались за ней. Если вчера было всё естественно, то сейчас леди застыдилась, к тому же прохлада не располагала к оголению. Но мужчина накрыл двумя горячими руками полукружья, и она облегченно выдохнула. Велунд наклонился к её сжатым губам, не торопясь, словно пробуя, поцеловал. Никакой страсти, просто попробовал и думал, нравится ему или нет, и только руки его действовали сами по себе, сминая, играясь, то нежно, то больно. Ирме пришлось потянуться за следующим поцелуем самой, и тогда словно решив для себя что-то, он как накануне вспыхнул, забирая её с собой в омут наслаждений. Стало жарко, одежда мешала, но Велунд не выпускал инициативу из рук и, лаская сам, показывал, как надо ласкать его. Потом посадил её на стол, и безумство продолжилось, подвергая ножки стола непредусмотренной нагрузке. Всё закончилось так же неожиданно, как началось. Сильно, неистово, но не так как вчера. Совсем не так. Вчера они были любовники, сегодня она стала чем-то меньшим и кажется обидным. А может ещё вчера, когда она заикнулась об отраве, что-то яркое, неистово-сладкое, ускользнуло от неё. Коснулось, поманило и растворилось. Чувство потери было ощутимо, но разве тогда до этого было? Наверное, это нервы? От сегодняшнего дня слишком многое зависит.

— Теперь уходи, мне пора.

Велунд торопился. Он через нескольких людей накануне намекнул жене градоначальника, что неплохо бы гостей угощать, до делового собрания, давая им всем вместе собраться. Новая мода, чашечка кофе, крохотное угощение. Нельзя отставать от столицы.

— Я сейчас, мне надо одеться, — беспомощно залепетала леди.