Книга Синдром убийцы. Комплект из 4 книг, страница 222 – Алекс Михаэлидес, Майк Омер, Лиз Ньюджент, и др.

Вернон продиктовал ей адрес. Пока она отправляла фотографию, в комнату вошел Скотт и приветственно помахал ей. Зои улыбнулась ему.

— О’кей, – произнес Абрамсон. – Получил. Да, это выглядит как разрез сонной артерии.

— Хорошо… и что это означает для процесса бальзамирования?

— Ну, я предполагаю, что это было сделано во время процесса, – ответил Абрамсон.

— Что?

— Когда при бальзамировании вводится соответствующая жидкость, чаще всего разрез делается именно в общей сонной артерии. Хотя он, похоже, напортачил – дренаж расплескался по всей шее.

— И что это означает?

— Как я и говорил вам, это означает, что вы имеете дело с любителем.

— Но тело не было забальзамировано.

— Значит, он остановился до того, как закончил.

— Ясно.

— Что-то еще?

— Нет… спасибо, мистер Абрамсон. Вы мне очень помогли.

Зои отложила телефон, разум пытался воссоздать последовательность событий.

Убийца вошел, увидел, как Лили пытается что-то сообщить полиции. Он разорвал соединение и задушил девушку. А потом… решил забальзамировать ее.

Он мог просто избавиться от тела и найти другую проститутку. Почему же он этого не сделал? Наверняка понимал, насколько рискованно заняться бальзамированием. Весь процесс занимает около двух часов. Полиция, насколько он знал, уже в пути…

Это тело было для него слишком важно; вот единственное объяснение, которое она могла придумать. Он очень хотел его забальзамировать. Начал, потом остановился посреди процесса, который испортил. Забрал тело с собой… потом выбросил его в переулке, когда заметил впереди оцепление.

Непоследовательное поведение. Он стал непоследовательным под давлением. Зои сделала себе пометку.

Она вернулась к первой метке времени. К сдавленному слову. Позвала:

— Эй, Скотт, можешь подойти на секунду?

Он встал и подошел к ней.

— Что случилось?

— Можешь послушать этот кусок? Вдруг тебе удастся разобрать, что она пытается сказать…

Она запустила фрагмент.

Скотт нахмурился.

— Можно еще раз?

Она запустила. Он попросил еще раз. Зои запустила запись в третий раз. Потом, поскольку Скотт по-прежнему хмурился, поставила фрагмент на повтор, и они раз за разом слушали, как мертвая проститутка пытается идентифицировать своего убийцу. Одно слово. Казалось, что чем дольше они слушают, тем хуже его различают, а не наоборот.

— Знаешь, – сказал Скотт, – мне кажется, она говорит «советник».

Зои кивнула.

— На самом деле, я слышу там «паркетник», ну, как машина.

Они прослушали еще раз.

— Ага, я тоже слышу «паркетник», – сказал Скотт.

— А я как раз подумала, что больше похоже на «советник», – улыбнулась Зои.

— Итак… он ездит на «паркетнике»? Или он какой-то юрист?

Зои кивнула.

— Спасибо. – Она сделала пометку.

— Ты думаешь, этот профиль поможет нам взять парня? – спросил Скотт, взглянув через ее плечо на бумаги.

— Наверняка, – ответила Зои, надеясь, что он не услышит сомнений в ее голосе.

У редактора Гарри, Дэниела, иногда случались порывы вдохновения. И вот хороший пример: стоило Гарри намекнуть, что Дэниел не выполняет свою работу должным образом, как тот немедленно потребовал от него статью под заголовком «Девять причин, по которым Америка обожает ненавидеть Джастина Бибера».

Гарри сделал то единственное, что мог. Он отправился искать тему, которая преодолеет потребность Дэниела в мести, то есть то, что следовало сделать с самого начала. Он напишет материал о Гробовщике-Душителе.