Книга Наследие белого дракона, страница 111 – Ада Лисовская

— Нет, – помотала головой девочка. Камень на её сердце стал чуть легче. Никто не узнает о её позоре и грехе, когда всё закончится. – Я доверяю Араму и Люси, мама. И тебе.

— Хорошо. Об этом знаем лишь мы с Арамом, так что больше не беспокойся ни о чём, не занимай голову ничем, помимо молитв и усердия.

Мы с Арамом. Мора нахмурилась, вспоминая удивленное и побледневшее лицо няни. Веснушки на нём тогда едва ли не выцвели, а в карих глазах страх молниеносно сменился беспокойством. За неё, за Мору.

— А Люси? Разве она ничего не заметила?

— Люси? – мама сморщила точеный нос, а потом подняла вверх палец, звякнув украшениями. – А! Та лохматая рыжая служанка.

Волосы Люси были похожи на солнышко! Ей хотелось закричать и топнуть ногой, защищая няню. Сегодня Море было бы хуже, если бы не мысли о том, что можно встретить в храме Люси с Арамом. Няня бы привычно потрепала её за щеки, корча смешные рожицы, а потом прижала бы к своей груди после долгой разлуки. Так она всегда делала раньше, а это было их самое длинное расставание с момента рождения Моры. Даже мама присутствовала в её жизни реже.

— Да. И ещё, я бы очень хотела увидеться с ней и Арамом, – кивнула Мора. – Если можно.

Глаза мамы вспыхнули огнём. Она облизнула губы и сглотнула, словно вспомнила нечто неприятное.

— Только я и Арам, моя искорка, – повторила мать спокойным тоном, смотря девочке точно в глаза. – Так будет лучше.

На миг Мора непонимающе нахмурилась, а потом ахнула, прижав ладошку ко рту. Мама наблюдала за ней и кивнула:

— Ты уже взрослая девочка. Я сделаю всё для твоей безопасности.

— М-мама, Люси, она… – голос дрожал, как и пальцы, и Агнесс презрительно косилась на все признаки слабости.

— Праотец добр ко всем детям своим, – сказала она. Что бы это ни значило. – Забудь это имя.

Люси. Она бы никогда не вычеркнула его из своего сердца. Мир вокруг начал вращаться и смазываться, земля под ногами пошатнулась. Мора зажмурилась, смаргивая слёзы, а потом ощутила, как вместе с ледяной корочкой, медленно покрывающей её сердце, стены коридора перестают двигаться, земля снова становится твёрдой и устойчивой. Лишь улыбчивое лицо Люси виделось ей, если смотреть в окно, вдаль, на палящее солнце. Но исчезло оно так же быстро, как очередной слой холода остудил её сердце, защищая от невыносимой боли, любви и чувства потери чего-то важного. Солнечного и доброго.

— Я хочу увидеть брата, мама, – прошептала Мора надломившимся голосом, бездумно шагая вперёд вслед за ней.

* * *

— Мори! – Арам подбежал к ней так быстро, что девочка не успела даже встать с пола. И счастливо улыбнулась, оказавшись в объятиях брата. Тепло. Пахло шоколадом и орехами. – Хвала Праматери, ты пошла на поправку. Сколько можно болеть? Тебе ведь лучше?

Арам продолжал закидывать её вопросами, но Мора выставила вперёд ладонь.

— Я в порядке, хорошо? – прошептала она, косясь на дверь. – И я тоже скучала. Скажи… – она закусила губу, решив удостоверится, – где Люси?

— Не знаю, – брат почесал затылок, нахмурившись. – Она уехала сразу после того, как твой дар пробудился. Даже не попрощалась, – тут он нахохлился и с обидой сложил руки на груди.

Люси бы попрощалась. И не захотела бросить их, даже после того, что произошло. Она была их семьей. А они были семьей Люси. Ей некуда было уезжать.