Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №3, страница 220 – Сергей Изуграфов

Да, она приезжает. И скоро начнет бывать на Наксосе еще чаще: Благотворительный Фонд Карлоса и Долорес Мойя, распорядительным директором которого в Мадриде и является Стефания Моро, молодая испанка с французскими корнями, наконец-то приступает в следующем месяце к строительству многопрофильного медицинского центра на Наксосе. На это уйдут почти два годовых бюджета Фонда, — и формально контроль со стороны руководства Фонда абсолютно оправдан. Тут, как ни крути, подкопаться не к чему…

Для всех без исключения жителей Киклад лечение будет бесплатным. Такова была воля Карлоса. Не исключено, что это будет лучший медицинский центр в Греции. Готов и согласован архитектурный проект, получено разрешение на землю от властей, заключен договор аренды на пятьдесят лет. Впереди строительство. Очень много работы.

Однажды Стефания обмолвилась, что готова пожить здесь несколько месяцев, пока идет стройка: ведь «такое множество вопросов придется контролировать одновременно»… Алекс тогда не сразу нашелся, что сказать. Потом промолвил что-то, вроде: «Надо — значит надо, конечно», даже неловко пошутил, мол, «Mi casa es tu casa!» Она весело рассмеялась, как всегда загадочно блестя зеленущими глазами, но Алексу показалось, что не такого ответа она ждала.

Смолев договорился, что строить будут греки, привлекая максимальное количество местных островитян. Подготовил еще ряд конкретных предложений. Стефания не возражала. По завещанию Карлоса Мойя — близкого друга Алекса — Смолев был назначен полномочным представителем Фонда на Наксосе с правом распоряжаться фондами до пяти миллионов евро в год. Но Смолеву последнее время все чаще казалось, что не возражает она не потому, что у него есть формальное право принимать решения самостоятельно, а по другой причине…

Что-то тебе в последнее время слишком много «кажется», отчитал сам себя Смолев. Иди-ка, займись делами, что накопились, пока ты бегал с пистолетом. Никто за тебя их не сделает! А все остальные вопросы будем решать в порядке поступления.

Он вышел из кабинета и плотно прикрыл за собой дверь.

ПОСТСКРИПТУМ

Когда за длинным столом, собравшим в пятницу вечером в таверне «У Ирини и Георгиоса» всех гостей виллы, друзей и сослуживцев, генерал Манн торжественно вручил Антонидису небольшой футляр из красного дерева — как общий подарок от всех друзей и соратников старшего инспектора, произнеся при этом здравицу в его честь, все присутствующие были поражены: в коробочке лежал чистейшей воды безупречный бриллиант в десять карат.

«Надеюсь, что он будет напоминать вам, Теодорос, об этом деле, где ваша помощь была неоценима, — сказал генерал. — Нам помогли с выбором камня коллеги из музея бриллиантов в Тель-Авиве. Можете так и хранить его, в коробке. А если задумаете использовать как-то иначе, — здесь генерал сделал многозначительную паузу, — то мы сможем вам посоветовать хорошего ювелира!»

Слова Манна утонули в дружных аплодисментах. Сказать, что Антонидис был тронут до глубины души, — не сказать ничего…

Смолев узнал, что на следующий же день, с самого утра Антонидис обратился по совету диамантера Коба Раабе к трем старичкам: Алвайсу, Вагшалю и Вундермахеру, оказавшимся золотых дел мастерами. Уже к обеду они изготовили чудесную оправу для бриллианта — изящное помолвочное кольцо из белого золота нужного размера. Оправу сделали и неожиданно отказались брать плату.