Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №6, страница 75 – Сергей Изуграфов

— Подожди, Витя, – сказал Алекс, потирая лоб, – но ты же сам говоришь, что платежи шли через аккредитованные банки… Вы же можете пообщаться с ними и задать им все вопросы. Или я что-то не понимаю?

— Нет, ты все правильно понимаешь, – хмуро кивнул Манн. – Именно так мы и рассуждали. А дальше было как в том мультфильме из нашего с тобой советского детства: «Гном пришел – а дома нет. Дом пришел – а гнома нет!».

— В смысле? – недоуменно спросил Смолев.

— В том смысле, что в банке нам показали документы, на основании которых совершались платежи. Документы из министерства финансов, подписанные лично заместителем министра, ответственным за ту самую социалку. Мол, люди добрые, что вы от нас хотите, честных банкиров? В банк спустили сверху распоряжение, банк его исполнил. Какие вопросы к банку? Тогда мы, понимаешь, из банка – к бывшему заместителю министра, тому самому, чья подпись на документах, а он возьми и утони. В прошлом – серебряный призер чемпионата Европы по плаванию. Как тебе? Дальше – больше! Мы, понимаешь, обратно в банк, а управляющий – возьми и шагни накануне из окна своего кабинета с двадцать шестого этажа. Говорят, что был безответно влюблен в свою секретаршу. На седьмом-то десятке. Впрочем, любви все возрасты покорны, это понятно, но из окна-то зачем выпрыгивать? Мы во второй банк – а там оба владельца за неделю до нашего прихода разбились на машине. «Ламборгини», оказывается, крайне небезопасная марка. Кто бы мог подумать?.. Мы, набегавшись по кругу, к самому бывшему министру финансов за комментариями, а он уже засел в Лондоне, в своем новом особняке за восемьдесят миллионов фунтов стерлингов, и его лондонские адвокаты в составе роты занимают глухую оборону и сообщают нам, что их клиент никого не хочет видеть. Мол, все эти разговоры «наносят ему невосполнимый моральный ущерб и унижают чувство человеческого достоинства». Все разговоры, мол, только через английский суд. Ладно, думаю, погодите! И только мы собрали компромат на очередного банкира и передали его в парламентскую комиссию, как он, понимаешь, выпивает полбутылки метаксы, – хотя до этого тридцать лет в рот капли спиртного не брал, врачи запретили после операции на сердце, – поскальзывается на бортике собственного бассейна, ударяется затылком, падает в воду и тонет. Вот такой вот мультфильм, Саша. Я бы даже сказал – целая передача. «В гостях у сказки»!

— С ума сойти, – ошеломленно покрутил головой Смолев. – И это все здесь, в Греции? Просто какая-то «Ла Пиовра»!^[18]

— Да, Саша, да. В маленькой, тихой и спокойной Греции. А еще в один прекрасный день я заметил такую закономерность: чем больше мы, как и положено по всем протоколам взаимодействия, передаем в Департамент полиции в Афинах оперативной информации, тем сильнее буксует дело. Возникают какие-то нелепые сложности, бюрократические препоны, совещание, понимаешь, за совещанием… Сидят, из пустого в порожнее переливают. Ну, ты меня знаешь, после второго такого «оперативного совещания» я уже все понял и стал отправлять им своего заместителя. Он у меня за хозяйственные вопросы отвечает, но записывает все исправно и докладывает потом кратко и по существу, в три минуты обычно укладывается. Вот тогда-то в адрес министра внутренних дел на меня и ушел первый донос. Как же: саботирую совместную работу, демонстративно игнорирую ежедневные совещания с руководством Департамента. Ежедневные, Саша! Работать мне когда? Так и сказал министру. Слава богу, у того все с головой в порядке. При мне посоветовал новому главе Департамента сосредоточиться на раскрытии преступлений, а не на совещаниях, после чего доносы пошли уже и на него, появились заказные статьи в леворадикальной прессе о том, что «министр внутренних дел гораздо больше озабочен смертями представителей элиты, чем нуждами простых греков, на голову которым свалились проблемы с беженцами из Сирии». Все с ног на голову перевернули, мерзавцы, клейма негде ставить!